t_bone: (Deer-2)
Это крайне сомнительный с правовой точки зрения шаг, с плохо продуманными механизмами реализации и минимальным положительным выхлопом. 
t_bone: (Default)

Велизарий и теория малой армии/ Belisarius and Small Force Theory by LTC(R) Robert R. Leonhard

 

                Ваша армия находится в тысячах миль от дома, она в меньшинстве и окружена. Умелый и настойчивый враг уже разработал великолепный план как загнать в угол и уничтожить ваши изолированные от поддержки силы. Но возле неприметного дорожного знака, на 10-мильной отметки от стен Карфагена, намерения врага пойдут прахом.

                В ходе битвы при Дециуме в 533 г. н. э. византийский генерал Велизарий разгромил армию вандалов, почти вдвое превосходящую его войско числом. Эта тяжелая битва только укрепила репутацию Велизария как выдающегося военного командира, способного достичь многого с минимальными ресурсами.

                Военные победы Велизария расширили Восточную римскую империю от границ с Персией, до занятой вандалами северной Африки и занятой готами Италии. Велизарий часто сражался в меньшинстве; что компенсировать это, он использовал мобильную и надежную кавалерию, политическую дальновидность, великолепную тактику и отчаянную дерзость. Результатом стала цепочка поверженных врагов. Вандалы, персы, готы и целая россыпь варварских племен скоро научились боятся его армии. Мастерски командуя малой армией, Велизарий на собственном примере демонстрировал, что численность не заменит натиск, стойкость и проницательность. Его отвага на поле боя показывает адептам военной науки, что sine qua non [непременным условием - прим. перев.] теории малых сил является тактическая устойчивость. Небольшие, хорошо обученные, высокомобильные отряды, уверенные в своем оснащении, способны сражаться в меньшинстве и победить.



 

                Военная история знает немало примеров, когда победу в сражении одерживала меньшая по численности сторона. Фактически, вопреки распространенному мнению, меньшая армия выигрывает битвы чаще, чем превосходящая ее по численности. Недавний анализ 481 сражений показывает, что меньшая армия одерживала победу в 56,5% случаев. Превосходящая по численности армия выиграла только в 36,4% случаев, в оставшихся 7% битв силы сторон были примерно равны. Историки, например полковник Тревор Н. Дюпуи, высказывают противоположное мнение: «Большая по численности армия выигрывала, наверное, 60% известных истории битв. Более того, если учитывать только модификатор обороны, большая по численности армия выиграла примерно 80% битв.»

                Я считаю это утверждение ошибочным. На исход битвы влияет много других факторов, кроме численности, так что известное изречение маршала Морица Саксонского часто оказывается справедливым: «Массы только запутывают и смущают.» В конечном итоге, победу обеспечивают твердое руководство, подвижность, огневая мощь и тактическая устойчивость.

                Велизарий обычно сражался в меньшинстве, и при этом одержал победу во всех своих крупных сражениях, кроме одного – при Каллинике персы победили (но не разгромили) его армию. Первая победа этого великого византийского генерала состоялась на восточной границе империи, возле укрепленного города Дара. Император Юстиниан лишь недавно назначил Велизария командовать армией, а задача стояла непростая. Персы намеревались захватить римский город и уничтожить его укрепления. Они выдвинули против римлян сорок тысяч хорошо обученных солдат, в том числе отряды знаменитых «бессмертных». Под началом Велизария находилось только двадцать пять тысяч, хотя обе стороны располагали примерно равным количеством тяжелой кавалерии – решающего рода войск той эпохи. Византийские катафрактой были тяжело бронированными всадниками, вооруженными копьем для таранных ударов, но также умелыми в обращении с луком. Таким образом, катафракты представляли собой мобильную и хорошо защищенную силу, смертоносную как в рукопашном, так и дистанционном бою. В сравнении с ними пехота была практически обузой. Велизарий мало полагался на нее, используя пехотный строй только как лучников и как опорную точку, вокруг которой могли маневрировать быстрые катафракты. Он считал своих пеших солдат «наспех обученной деревенщиной, годной только для рытья окопов и к ведению дальней стрельбы.»

                Когда персы подошли к Даре, Велизарий построил свое войско в стандартный боевой порядок: пехота встала в центре и чуть позади двух выдвинутых вперед кавалерийских крыльев. Таким образом, персы никак не могли атаковать римскую пехоту, избежав при этом боя с тяжелой кавалерией. Велизарий и его стража заняли позицию позади пехотного центра. Генерал также разместил два отряда гуннской кавалерии в промежутках между пехотой и тяжелой кавалерией. Кроме того, еще один отряд кавалерии занял скрытую позицию за гребнем холма у левого фланга, с приказом ждать выгодного момента. Наконец, римляне вырыли ров для прикрытия своего фронта, однако историки до сих пор спорят о той эффективности, которую имело это препятствие.

                 В свою очередь, персы под командованием генерала Пероза наступали двумя линиями, каждая из которых включала пехоту и кавалерию. В первый день битвы дело не зашло дальше мелких перестрелок и поединков между римским гимнастом и двумя персидскими солдатами, в которых римлянин убил обоих одного за другим. В середине второго дня персы сблизились и открыли стрельбу из луков, но ветер благоприятствовал римлянам. Осознав свое невыгодное положение в перестрелке, персы начали наступление на левое крыло римлян. Под ударом римская тяжелая кавалерия отошла назад, и Велизарий ввел в бой один из отрядов гуннской кавалерии, которая окружила атакующих персов и отбросила их назад в полном беспорядке.

                После этого персы попытались разбить правое крыло римлян. Знаменитые «бессмертные» вступили в бой, и их атака отбросила римских катафрактов до самых ворот Дары. Продолжая наступление, персидская кавалерия оторвалась от своих линий и скоро столкнулась со строем римской пехоты, которая встретила ее залпами стрел. Когда персидская атака замедлилась и завязла в перестрелке, Велизарий снова послал отряды гуннских кавалеристов (некоторые из них были поспешно отозваны из завершившегося боя на левом фланге), чтобы окружить и разбить неприятеля. Когда персы в беспорядке отступили, Велизарий собрал всю оставшуюся у него кавалерию и обрушился на открывшийся фланг главной персидской линии. Пехота немедленно дрогнула и побежала, за чем последовало преследование. К концу дня персы отвели оставшиеся войска.

                Битва при Даре установила схему, которую Велизарий впоследствии использовал раз за разом против персов, вандалов и готов. В 533 году н. э. Юстиниан назначил Велизария командовать походом в Северную Африку, чтобы разбить вандалов и отвоевать провинцию для Империи. В ходе развязавшейся кампании на протяжении трех месяцев Велизарий провел два крупных сражения – и выиграл оба, хотя находился в меньшинстве – и полностью уничтожил вандальские войска в Северной Африке. Через два года Юстиниан послал его в Италию, с задачей вырвать родину римлян из рук готов. С армией, едва насчитывавшей восемь тысяч, Велизарий брал город за городом в Сицилии и Италии – иногда переговорами, иногда применяя уловки и военную хитрость. Без единой крупной битвы Велизарий освободил Рим и Неаполь. Прежде чем Юстиниан, завидовавший славе своего генерала, отозвал его назад, Велизарий сломил режим готов, хотя война в Италии продолжалась еще несколько лет.

                Вернувшись в Константинополь, Велизарий получил под командование новую армию и был отослан на восточную границу, где персы снова возобновили свои атаки. Когда под руководством нового вождя, Тотилы, готы вновь активизировались, Велизарий вернулся в Италию и провел против них маневренную, однако безуспешную кампанию. Лишенный необходимый для победы подкреплений и утративший доверие своего императора, Велизарий был снова отозван в столицу. Наконец, в 558 году, когда гуннские племена вторглись во Фракию и стали угрожать Константинополю, старый генерал был снова призван под знамена и принял командование обороной. Снова находясь в меньшинстве, Велизарий использовал комбинацию уловок и коротких контрударов чтобы запутать и деморализовать неприятеля. С этой последней победой на своем счету, Велизарий отошел от дел. Вскоре он пал жертвой заговора, был арестован и обвинен в подготовке покушения на императора, однако вскоре генерала оправдали. Через некоторое время он умер, всего за восемь месяцев до смерти самого Юстиниана.

                В ключе современных представлений можно предположить, что Велизарий одерживал свои победы против превосходящего по численности противника за счет взаимодействия родов войск, однако это не так. На полях сражений раннего средневековья безраздельно доминировала тяжелая кавалерия. Пехоте не хватало мобильности и дистанционного вооружения с достаточной мощью, чтобы угрожать тяжелому кавалеристу, потому толку от пехоты было немного – ей поручали вспомогательную службу и использовали в качестве опорной точки для маневров. Артиллерии практически не существовало, кроме как во время осад. Таким образом, своим победам Велизарий обязан только одному роду войск – тяжелой кавалерии. Историки часто указывают на очевидные достоинства катафрактов – их мобильность, их летальность в дистанционном бою с луком, и их потрясающую ударную мощь при сомкнутой атаке копьями – но есть еще один фактор, которым пренебрегают комментаторы, но который в конечном итоге и позволяет сражаться в меньшинстве и побеждать, а именно: тактическая устойчивость.

                Наиважнейшей причиной, благодаря которой Велизарий одержал свои победы при Дециуме, Даре и Трикамероне, было вот что: его кавалерийские части не ломались. Их устойчивость в битвах обеспечивалась тяжелой броней и хорошей подготовкой. Римские катафракты были уверены в своей защищенности и неодолимой силе своих товарищей-кавалеристов. В результате, они могли выдерживать ужас ближнего боя достаточно долго, чтобы вражеские ряды начали ломаться под напряжением. Велизарий понимал необходимость устойчивости и полагался на нее, чтобы выиграть время для маневрирования. Он сознательно не вводил пехотную линию в основной бой, не только по причине, что пехота мало чем могла бы помочь, но и затем, чтобы противник не мог атаковать и разбить ее. Вместо этого вражескую атаку встречала римская тяжелая кавалерия, которая отступала, но не ломалась. Как только вражеская атака растрачивала напор, Велизарий контратаковал во вражеский тыл.

                Тактическая устойчивость тяжелой кавалерии Велизария часто оказывалась финальной составляющей его побед. Не опасаясь вступать в бой с превосходящим по численности противником, Велизарий по максимуму использовал боевой потенциал своих частей – и выигрывал благодаря ему.
t_bone: (Default)
Бути японцем - значить бути ввічливим та шанобливим. Тож сьогодні розглянемо, як японці вибачаються.




Епізод 3. Побачення

Темне подвір’я між двома хмарочосами. На замизканому тротуарі припарковано жовтий мікроавтобус «Богдан». Задні двері «Богдана» гостинно розчинені, в середині авто по-східному сидить хакер у тюбетейці та торгує з лотку комп’ютерним залізом. У черзі до лотку стоїть дівчина, вдягнута як вчителька початкових класів, за нею переминається з ноги на ногу громадянин в шкіряному кожушку.

Громадянин в шкіряному кожушку: *нетерпляче* Альо, кіса, ти не уснула? Нє ну ви пасматрітє на нєє, мнєтся как в аптєкє.

Дівчина: *засмучено вклоняється* Сумімасен! Бєріть вперед, будь ласка.

Громадянин в шкіряному кожушку: Ой, тут такіє люді заторможениє, я малчу. Ей, дєд! Кардіодрайвєри єсть у тєбя?

Хакер у тюбетейці: Авжеж, авжеж є. Северокорейські, з вбудованою функцією завмирання поблизу національного лідера.

Громадянин в шкіряному кожушку: Та навєрноє мнє нє падайдєт…

Хакер у тюбетейці: Бери-бери, синку, їх можна якось пропатчити. А я ще тобі зубів-самоклеєк на решту дам, гарна річ!

З заднього плану лунає вигук – «Шухер, менти!» Входить Пазу. Хакер одразу помічає його й споро вихвачує з-під халату обріз.

Пазу: *дуже спокійно* Документи на товар покажіть, будь ласка.

Громадянин в шкіряному кожушку: А-а-а-а!.. *тікає*

Дівчина приголомшлено завмирає й хакер у тюбетейці обійма її стрункий стан вільною рукою, приставляючи обріз їй до лоба.

Хакер у тюбетейці: Не підходь, вражий син, бо я зараз пристрелю цю ляльку! Я воював, тричі шахідом був! Нема Бога, крім Аллаха, та Моххамед – перший стрімер його!

Пазу: *кривиться від огиди* Та не миригуй ня.

Пазу лізе до кишені, дістаючи пошарпаний ніж-метелик замість табельного пістолета. Не вагаючись ні на мить, він жбурля це смертоносне знаряддя в голову хакера. Той пада, при чому з його голові спадає тюбетейка. Пазу с носака відштовхує обріз та надіває на хакера кайданки.

Хакер: *стогне* Що ж ти за мент такий…

Пазу: Я що, забув представитись? От трясця, ґоменнасай. Дев`ятий відділ, Міністерство громадської безпеки.

Перспектива провести вечір за оформленням затримання дуже дратує Пазу, що ясно відображається на його красивому обличчі. Раптом він переводить погляд на дівчину, яка тільки-но збагнула, що з нею трапилось. Пазу деякий час уважно розглядає її та впевнюючись, що раніше її не їбав, ввічливо подає дівчині руку.

Пазу: Пані, чи не бажаєте кави? Тут поблизу турки стоять, дюже майстерно заварюють.

----------------------------


Сумімасен – легка форма вибачення за спричинену турботу. Наприклад: «Сумісасен, товаришу сержанте, здається, в мене нуль до чорта поліз. Де в нас ТХП?»

Ґоменнасай – прохання пробачити за провину, повноцінне вибачення. Наприклад: «Це що, томатна паста у борщу? – Ну гоменнасай, старий хрін, але нема в крамниці томатів».
t_bone: (Default)


Епізод 2. Пріоритети

            Заповнений тачікомами ангар. Тачікоми голосно сперечаються між собою, грають у квача і взагалі ведуть себе так, як це повинні робити шестиногі роботизовані танки для бою на урбанізованої місцевості.

            Входить Арамакі, його супроводжує довгонога дівчина-андроїд вдягнута як оператор 9-го відділу. Вона розпусно хитає стегнами під час ходьбі та обличчям схожа на американську акторку кінця ХХ сторіччя Шарон Стоун, якою та була у кінофільмі «Основний інстинкт».

            Тачікоми припиняють гру та збираються навколо відвідувачів.

Тачікоми: *перебиваючи одна одну* Арамакі-сан, Арамакі-сан! Чи це насправді люксовий ескорт-бот 750-ї моделі від Ханка Роботікс? З квантовим аналізатором бажань? А допоміжні гіроскопи в неї є? А надпотужний логістичний центр?

Арамакі: *з гордістю* Так, так. Це моє пташенятко.

Тачікоми: *хором* Суґой!

Арамакі: До речі, вона коштує сімнадцять охуліонів єн. У дев’ятого відділу більш нема грошей, тому з цього моменту – ніякого вам натурального мастила.

            Усі тачікоми падають на спину й одразу починають ридати. На ногах залишається лише одна, найбільш емоційна стійка.

Тачікома: Чи це правда, Арамакі-сан? Ані крапельки натурально мастила? Як же ми відтепер…

            Арамакі дивиться повз неї поглядом на тисячу ярдів, від чого стає схожий на дзенського вчителя, що посивіл у пошуках істини.

Арамакі: Людина, що спотикається в пітьмі з палицею, є сліпою. Але той, хто палицюватиме в пітьмі, просвітлений.

            Якийсь час ніхто не говоріть ні слова. Дівчина-андроїд спокусливо облизує губи, Арамакі мовчить замислено, а тачікома – приголомшено.

Тачікома: Але.. Я не розумію...

Арамакі: Що поробиш, десу. Абияк там, підемо далі, голуба моя, я тебе покажу свого кабінета.

            Арамакі та дівчина-андроїд уходять до ліфту, з якого тільки що прийшли.
------------------

Суґой (прикметник, чоловічий рід однини) – дуже вражаючий, надзвичайний. Наприклад: «А ви чули, куме, що триста тридцять восьмий лапуа може звалити таліба на двох тисячах? – Справді? Суґой!»

 Десу – дієслівна зв’язка, що приблизно переводиться як «будь ваша ласка». За застосовується в усному мовлені та на письмі для додання ввічливої конотації. Наприклад: «Вас оточено загоном національної гвардії, десу. Кидайте зброю та виходьте з піднятими руками, десу. У разі відмові рознесемо вашого бліндажика вщент, десу».

t_bone: (Default)


Епізод 1. Перерва 

Моторний парк контингенту Сил Самооборони Японії. Чутно солдатську лайку, шипіння зварювального пальника та верещання електричної дрилі. Із коробу, пофарбованого в зелений з надписом «Мейд Ін Ю-ЕС-ЕЙ» на боці,тихенько жаліються на долю надто інтелектуальні мінометні міни. Під легковою тойотою лежить Бато. Він відключив оптичні рецептори та тихо куняє.

Входить Майор одягнена у зручну чорну майку-алкоголічку та камуфляжні штани.

Майор: Бато! Гей, Бато! Ти вже полагодив мого сервера?

                Майор помічає Бато й пиздячить важким мілітарним черевиком по кузову тойоти. Від гуркоту Бато одразу прокидається.

Бато: Що? Га?

Майор: Прокидайся, солдат, бо придушу. Кажу, сервера полагодив, ну?

Бато: *роздратовано* Трясця тобі, курво! В мене перерва! Маю право за КЗПП, п’ять хвилин на кожну годину!

Майор: Ще раз таку хуйню почую, підеш в мене насіння на базарі торгувати. Тож треба таке, права він має. Нумо ґармбаруй!
----------------

                Ґамбарувати (дієслово, недок. вид) – працювати плідно та самовіддано. Також використовується як побажання успіху, наприклад: «Ну добре, куме, я піду, а ви тут ґамбаруйте».

t_bone: (Default)
Поскольку у меня в последнее время появилось некоторое число новых подписчиков, не всем из которых интересно разбираться в пяти принципах размещения заграждений, METТ-T анализе и всяких там прочих OCOKA, решил взяться за тему попроще, подоступнее, поинтереснее.
Статьи про преодолению заграждений и дымогенераторы временно откладываются на КТТС, поскольку на горизонте вместо них наметился новый, более интересный блудняк. Подробности письмом.
----------------------
Битва при Даре/Battle of Dara by Captain Andrew J. Dornstadter

Captain Dornstadter is the officer in charge of operations for the Division Engineer, 1st Armor Division, Camp Liberty, Iraq. Previous assignments with the 1st Cavalry Division include platoon leader in Bravo Company, 20th Engineer Battalion; platoon leader and executive officer of Sapper Company, 2d Battalion, 8th Regiment; and task force engineer for 2d Battalion, 8th Regiment. He holds a bachelor's in engineering from the United States Military Academy and a master's in engineering management from Missouri University of Science and Technology (formerly the University of Missouri-Rolla.)
 

В начале VI века нашей эры восточные границы Восточной Римской – или Византийской – империи постоянно подвергались давлению из-за агрессивной экспансии и растущего влияния Персии. Укрепленный город Дара был стратегически важным форпостом Византии в регионе, поскольку стоял на крупном торговом пути между Персией и Месопотамией. В ходе битвы при Даре в июне 530 г. н. э. 25 000 византийских солдат под командованием Флавия Велизария обратили в бегство 50-тысячный персидский экспедиционный корпус. Византийская победа существенно ослабила западную персидскую армию, что сделало Персию уязвимой и перечеркнуло ее намерения на стремительное наступление через восточную границу Византии. Персия вынуждена была пойти на переговоры и заключить мир, так целостность Византийской империи была сохранена. (1)

                 Предпосылками византийской победы стали организованное Велизарием эффективное разведывательное обеспечение военных действий, а также использование им принципов внезапности и единоначалия. Разведка помогла Велизарию предугадать боевой порядок противника, его намерения и правильно оценить влияние местности под Дарой на ход битвы. Внезапная контратака византийцев оказала шокирующий эффект на персидское войско, расстроив его систему командования и контроля. Наконец, сосредоточение командования над всей армией в одних руках позволила византийцам действовать согласованно и применить гибкую оборону против превосходящих персидских сил.

               

Фазы битвы

                Битва при Даре делится на три различные фазы:

Фаза 1. Изначальное развертывание и первая атака персов

Фаза 2. Атака правого крыла персов

Фаза 3. Атака левого крыла персов

                В первый день сражения обе армии развернулись в боевой порядок. Велизарий поставил лучников и пехоту в центре, прикрыв их с фронта глубоким рвом; фланги строя прикрывала легкая гуннская кавалерия. (2) За гуннами стояли части тяжелой кавалерии, сформировавшей правое и левое крыло армии под командованием Вузы и Иоанна. Велизарий также организовал резерв тяжелой кавалерии и поместил его в тылу*. Персидское войско построилось в две линии, каждая из которых состояла из пехотного центра, прикрытого с флангов отрядами легкой и тяжелой конницы. (3) После короткой переписки между двумя противостоящими генералами, Фируз (Пероз) – командир персидского войска – решил провести разведку боем и определить реакцию византийцев на атаку слева. Он выдвинул вперед кавалерию правого крыла под командованием Питиакса. Правое кавалерийское крыло персов потеснило левое крыло византийцев, и тогда Питиакс заметил, что продвигаясь вперед он обнажает свой фланг и становится уязвим для контратаки. Он не стал ввязываться в тяжелый бой и отдал приказ кавалерии отойти.

По клику - очень большой и очень красивый оригинал. Взят из хорошего разбора битвы при Даре, который интересно будет почитать заинтересовавшимся. 


              
Наблюдая за персидской атакой на свой левый фланг, Велизарий правильно заключил, что это была разведка боем и репетиция для будущего полномасштабного наступления. Он оценивал сильные и слабые стороны персидского войска, обращая особое внимание на реакцию персов на угрозу со стороны гуннской кавалерии из центра. Велизарий заметил уязвимость персидских флангов и понял, что следующая их атака будет более серьезной. Поэтому он выдвинул вперед небольшой отряд кавалерии под командованием Фараса (Варуса) из герулов, спрятав его за господствующей высотой к северу от византийского центра. Этот отряд кавалерии должен был внезапно атаковать внешний фланг персидского правого крыла во время следующей вражеской атаки.

                Наблюдения Велизария за маневрами противника подтолкнули его к выводам, на основании которых он сменил запланированный способ действий. Это демонстрирует важность разведывательного обеспечения военных действий. Наблюдение за противником позволяет командиру правильно оценить угрозы, определить намерения противника, на основании чего можно понять и вскрыть схему маневра противника и запланировать собственные контрмеры.

                Этот урок запечатлен в современной доктрине Армии США. Field Manual (FM) 5-0, Army Planning and Orders Production, определяет оценку угроз как «анализ разведданных, определяющий, каким образом противник организует свои силы для боя и проводит операции в сходных условиях. Знание вражеских возможностей и уязвимостей позволяет командиру… оценивать относительные возможности собственных сил.» (4) В результате этих мер по разведывательному обеспечению создаются или уточняются типовые схемы действия противника, подогнанные под его доктрину и текущую обстановку. Опираясь на эти данные, командир может разработать и выбрать способ действий для успешного выполнения задачи.

 

Фаза 2

                На второй день битвы предположение Велизария подтвердилось: персидское правое крыло снова пошло в атаку на левый фланг византийцев. Велизарий знал, что персы не ожидают контратаки по обеим флангам своих наступающих сил, и потому задействовал скрытый отряд кавалерии Фараса. Герулы и гуннская кавалерия из центра согласованно напали с обеих сторон на наступающее персидское крыло, по сути окружив его. Кавалерийская контратака византийского левого крыла имела сокрушительный эффект. В сече погибло примерно 3000 персидских всадников и пехотинцев, оставшиеся в живых в беспорядке отступали назад. Командная цепочка персидского правого крыла развалилось, что сняло угрозу для кавалерийского фланга Велизария. В распоряжении византийского генерала появилась еще одна мобильная часть, способная гибко маневрировать на поле боя и поддерживать другие атакованные отряды.

                Персидское командование проморгало засадный отряд герульской кавалерии за северным холмом и не знало о точном составе и расположении обороняющегося левого фланга византийцев, потому иной боевой порядок застал его врасплох. Шок от двойного охвата развалил персидское правое крыло, и большая по численности персидская армия оказалась уязвимой к фланговому охвату мобильного левого крыла византийцев. Это показывает нам, что замаскированный и незадействованный резерв предоставляет командиру возможность застать противника врасплох внезапным ударом в подходящий момент.

                FM 3-0, Operations, вносит внезапность в число девяти принципов войны, и определяет ее как «(нанесение удара) по противнику в месте, в момент или способом, к которому он не готов.» Документ также утверждает, что внезапность «взаимосвязана с охранением», и является «весомым слагаемым шока», то есть использование элемента внезапности может существенно ухудшить способность противника защищаться и снижает эффективность его системы командования и контроля.

               

Фаза 3

                В продолжение событий второго дня, после того, как византийцы обратили в бегство персидское правое крыло, Велизарий переместил кавалерию с левого фланга на правый, парируя тем самым возможную персидскую атаку здесь. Фируз видел провал своей атаки, и быстро ввел в бой гораздо большие силы – в их числе были элитные Бессмертные и отряды из второй линии персидского войска – направив их в атаку на правое кавалерийское крыло византийцев под командованием Иоанна. Под натиском атаки византийский правый фланг дрогнул и отступил. Велизарий немедленно ответил, приказав правому отряду гуннской кавалерии атаковать уязвимый внутренний фланг персидской колонны, и направив левый отряд гуннской кавалерии в глубокий обход персидского строя с тыла и далее против их внешнего фланга. (6)

                Две фланговые атаки остановили наступление персов, их строй оказался разрезан надвое. Барисманий – командир персидского левого фланга – пал, а отступающая кавалерия Иоанна перегруппировалась и тоже вступила в бой. Совокупными усилиям гунны и тяжелая кавалерия Иоанна убили более 5000 всадников и пехотинцев из состава персидского левого крыла. В ходе этой рукопашной схватки и предшествовавшего ей поражения персидского правого крыла, Велизарий уничтожил практически всю кавалерию Фируза, оставив персидскую пехоту уязвимой без поддержки.

                 Византийцам противостояла крупная и хорошо организованная персидская армия, которая без колебаний навалилась всей своей мощью на численно уступающие византийские силы. Консолидировав всю ответственность и полномочия в своих руках, Велизарий превозмог превосходящего противника. Он мог быстро и точно передавать приказы подчиненным войскам, задействовать ресурсы и применять боевую мощь без проволочек и путаницы. Единоначалие Велизария позволило ему перебрасывать войска туда и в тот момент, где они были нужнее всего.

                FM 3-0 определяет единоначалие как «(обеспечение) согласованности действий под началом одного ответственного командира», и добавляет «общий командир направляет и координирует усилия всех войск, направленные на достижение общей цели.» (7)

 

Выводы

                Победа Византии при Даре вновь восстановила традиции римского военного превосходства в восточных регионах империи. Под командованием Велизария византийцы разбили численно превосходящее персидское войско, состоящее из умелых и опытных солдат. Ключевыми факторами, обусловившими победу византийцев, стали тщательное организованное разведывательное обеспечение боя, использование элемента внезапности и единоначалие. Велизарий использовали эти инструменты, чтобы эффективно предсказать схему вражеского маневра и спланировать контрмеры, сделав упор на сокрушительный натиск внезапных атак и гибкость маневра сил под началом одного командира. Исход битвы при Даре обеспечил Византийской империи десятилетия относительного затишья на восточной границе, и обеспечил самому Велизарию место среди величайших тактических командиров в истории человечества.

 

Ссылки


(1) John Haldon, The Byzantine Wars, History Press, Gloucestershire, 1 November 2008, pp. 28-29.

(2) Lieutenant Colonel Robert R. Leonhard, Belisarius and Small Force Theory, <http://www.armchairgeneral.com>, accessed 22 July 2008.

(3) Ibid.

(4) FM 5-0, Army Planning and Orders Production, pp. 3-17, 3-18.

(5) FM 3-0, Operations, p. 4-14.

(6) Simon Goodenough, Tactical Genius in Battle, Phaidon Press, London, 1979, p.110.

(7) FM 3-0, p. 4-14.

---------------
Прим. перев.
* - Согласно Прокопию, численность отряда герулов Фараса составляла триста всадников, левым центральным отрядом гуннской конницы численностью в 600 всадников командовали вожди Суника и Эган. Правый центральный отряд гуннов такой же численности находился под началом Симмы и Аксана. Резерв составляли конные буселарии - личные наемники дома - Велизария. Качество византийской тяжелой конницы, которая образовывала фланги, уважаемый автор - не совсем справедливо - описывает как посредственное.

/чатек

May. 2nd, 2017 01:26 pm
t_bone: (Default)
Все, клянусь, в последний раз про ГиТС. Не считая запланированной рецензии на свежее кино.



XXX: я бі смотрел приквел про армейскую жизь Iшикаві, Бато и Майора.
- Бато!
- А!
- Хуй на! Пиздуй в наряд по кухне.
- (про себя) откуда она, блядь, прибилась.
- Я все слішу!

YYY: Way better plot the we saw

t_bone: (Default)

Часть первая тут

Major Miller is the brigade engineer observer-coach trainer at the JMRC. He was formerly an observer-controller at the National Training Center, Fort Irwin, California. He holds a bachelor's degree in mechanical engineering from the University of Missouri-Rolla (now Missouri University of Science and Technology), and master's degrees in energetic concepts from the University of Maryland-College Park and national security and strategic studies from the Naval War College.


Привязка к другим заграждениям

                В ходе привязки к системе наблюдения и огня, инженер-планировщик также должен включить препятствие в уже существующую систему заграждений. Стоит прикладывать все усилия, чтобы по максимуму использовать уже существующие препятствия и заграждения, с тем, чтобы достичь поставленной цели с минимальными затратами ресурсов и времени. NATO Allied Tactical Publication 3.2.1, «Тактика наземных войск Альянса», (5) верно указывает, что для инженерного обеспечения командирского замысла в полном объеме обычно требуется гораздо большее количество ресурсов, чем есть в наличии, и это вынуждает инженера-планировщика полагаться на уже имеющиеся на местности искусственные и естественные препятствия. Вновь возведенные заграждения планируют расположить таким образом, чтобы уменьшить имеющиеся промежутки или разрывы, либо соединить препятствия в единый пояс. Это усиливает пояс заграждений и увеличивает вероятность вынудить противника действовать предсказанным образом. Инженер-планировщик должен удостовериться, что совокупный эффект от единого пояса заграждений не отличается от назначения, отведенному заграждениям в командирском замысле.  Наиболее частые ошибки при построении единой системы заграждений по опыту JMRC заключаются в следующем:

  • Заграждения не примыкают друг к другу, между ними остаются промежутки и неприкрытые участки
  • Прочность возводимой преграды либо слишком велика, либо недостаточна, что уменьшает конечный эффект
  • Заграждения мешают другим заграждениям
  • Заграждения возводятся без учета выгодных особенностей местности, либо чрезмерно полагаются на труднопроходимость окружающей местности

Эшелонирование заграждений в глубину

                Действующий порядок контроля над размещением препятствий предоставляет командиру право возводить инженерные заграждения в оговоренном секторе местности. На уровне бригады и ниже этот порядок, как правило, распространяется на оговоренный сектор не только по фронту, но и в глубину. Инженер-планировщик не может это игнорировать. Эшелонирование заграждений в глубину заставляет противника растрачивать свои инженерные средства раньше и чаще, что в конечном итоге вынуждает его обходить оставшиеся препятствия, тем самым оправдывая назначение последних. ATP 3-90.8, «Общевойсковые мероприятия по контр-мобильности», перечисляет следующие преимущества глубокого эшелонирования заграждений: (6)

  • Срывает график и темп вражеской атаки
  • Оказывает давление на командование противника
  • Растрачивает инженерные средства
  • Увеличивает уязвимость при обстреле
  • Разрушает стремление противника продолжать бой

                В конечном итоге, эшелонированное заграждений не позволяет противнику достичь решающего перелома в бою одним успешным прорывом, и не дает ему массировать все наличные инженерные средства для достижения успеха. И все же эшелонирование заграждений на практике применяется не всегда. По опыту JMRC причины этого чаще всего заключаются в:

  • Отсутствии плана боя на всю глубину бригадного сектора
  • Неспособность составить план эшелонированных заграждений
  • Обеспечение инженерных работ ресурсами не запланировано либо провалено
  • Подготовка плана заграждений запаздывает, что не дает вовремя закончить их возведение
  • План заграждений не увязан с планом общевойскового боя

                Указанные недостатки проявляются, как правило, на стадиях планирования и подготовки (возведения) заграждений в рамках общевойскового боя. Хотя инженер-планировщик не отвечает за планирование действий маневренных подразделений и на эшелонирование средств в глубину выделенного части сектора, он может повлиять на конечный план, указав на его несоответствия озвученному командирскому замыслу. Например, командир задумывает задержать вражеское наступление по пути подхода на определенное время. Но в разработанном штабом плане отражена только одна зона огневого поражения, привязанная к единственному беспокоящему заграждению на ограниченном участке пути подхода. В этом случае инженер-планировщик должен обратить внимание командира и штаба, что для снижения мобильности противника лучше применить эшелонирование заграждений. Функции инженеров-планировщиков в ротационных бригадах в JMRC обычно возложены на свежеиспеченных капитанов, еще не имеющих опыта командования и не проявивших себя в качестве технических и тактических специалистов. Их возможность повлиять на оперативный план ограничена, однако инженер-планировщик в любом случае обязан выявлять несоответствия в инженерной части плана, и обращать на них внимание командира и штаба.

                Случается и обратное: общий план боя предполагает маневр силами во всю глубину сектора, а инженеры при этом  не эшелонируют заграждения в глубину. Причины этому могут быть разными, однако чаще всего сводятся либо к неправильному использованию старшего инженера при штабе, либо к недостатку у него знаний и опыта. Во время ротации в JMRC, один общевойсковой командир задумал блокировать первый из возможных маршрутов, и задержать движение противника по второму. Необходимые пояса распределили между подчиненными батальонами, но старший инженер бригады не разработал плана расположения заграждений ни для бригады, ни на уровне БТГр. В результате планированием и возведением заграждений  занимались командиры маневренных и инженерных взводов. Получившийся пояс заграждений простирался в глубину примерно на 500 метров в обе стороны от назначенного рубежа, и ОПФОР легко его преодолел. Старшие инженеры обязаны потратить время на то, чтобы запланировать расположение групп и отдельных препятствий таким образом, чтобы заграждения простирались на всю оперативную глубину. Командиры инженерных частей в составе БрТГр обязаны тратить время, чтобы наставлять и инструктировать штабных инженерных специалистов в части планирования заграждений, а также должны рассмотреть готовый план перед началом инженерных работ.

                Даже великолепный план будет бесполезен, если на него не хватает ресурсов. Критически важно убедится, что требуемое количество материалов и взрывчатки имеется в наличии и может быть вовремя доставлено на места работ. Облегчить процессы расчета и доставки материалов можно с помощью установленных боевых нормо-загрузок (Combat-configured load*). Опыт JMRC показывает, что войска плохо понимают, каким образом можно использовать концепцию боевых нормо-загрузок в процессе возведения типовых заграждений. Такие войска часто не способны справится с созданием эшелонированной полосы заграждений, поскольку необходимые для этого материалы не успевают доставить к задействованным подразделениям. В дополнение к этому, сам процесс доставки материалов к разрозненным в пространстве потребителям не просчитывается и не репетируется, что также уменьшает возможности по возведению развитой эшелонированной системы заграждений.

 

Размещение для достижения внезапности

                С ростом возможностей средств разведки, наблюдения и рекогносцировки становится все труднее достигнуть тактической внезапности на поле боя. Заграждения, размещенные для достижения внезапности, предоставляют в распоряжении общевойскового командира относительно того, где, когда, и каким образом их эффект застигнет противника. Наиболее гибким средством контр-мобильности, инициируемым пожеланию командира, являются дистанционно-устанавливаемые мины, но и другие типы заграждений тоже могут быть использованы с целью скрыть реальную проходимость местности от противника. Чтобы достичь внезапности имеющимися в нашем распоряжении средствами, от инженера-планировщика требуются воображение и изобретательность. Здесь нужно учесть:

  • Назначение выставленного заграждения
  • Точки/моменты инициирования
  • Скорость возведения заграждения
  • Длительность его действия
  • Заметность заграждения
  • Предсказуемость его наличия с точки зрения противника

                Назначения выставляемого заграждения определяется во время составления общего плана заграждений; при этом замешательство противника может быть достигнуто выбором цели, эффекта и места расположения заграждения. Каждое заграждение выставляется с целью воздействовать на конкретный элемент боевого порядка противника. Например, противник может наступать следующим образом – разведка, передовой отряд, главные силы, и заграждение выставляется против главных сил. Разведка и передовой отряд могут беспрепятственно пройти сквозь выбранный сектор, после чего заграждение инициируется и останавливает главные силы. Внезапность достигается благодаря тому, что противник не ожидает встретить заграждение на уже проверенной проходимой местности. Далее, заграждение может привести противника в замешательство, если его эффект выходит за рамки уставных предписаний. Это может вынудить вражеского командира пересмотреть обстановку и изменить ранее избранный способ действий, тем самым подрывая ход операции. Наконец, внезапность может быть достигнута путем расположения заграждения в нестандартных местах [например, вне очевидного дефиле – прим. перев.], либо на местности, которая способна его замаскировать, вроде поросшего лесом обратного ската.

                Тщательно спланированная система заграждений помещает противника в динамично изменяющуюся обстановку. Выбор точек/моментов инициирования дистанционных минных полей и взрывных заграждений позволяет командиру воздействовать на выбранную часть вражеского боевого порядка, а также требует меньшего количества материалов, чем простое блокирование всех возможных путей подхода. Отдельные заграждения и их группы могут быть развернуты в определенный момент времени, тем самым вводя противника в замешательство. Максимизация скорости возведения заграждения снижает до минимума возможное время реакции противника. Переменная длительность заграждения заставляет противника активно к нему приспосабливаться. Во время недавней ротации в JMRC, бригада выставила кратковременное поле дистанционно управляемых противотанковых мин, которое практически перекрыло основной путь подхода к объекту атаки ОПФОР. Минное поле было обнаружено во время возведения; и поскольку командир ОПФОР понимал, что в сложившейся ситуации вряд ли будут устанавливаться со значительным периодом активности, он просто отложил наступление на четыре часа. Как только стали срабатывать самоликвидаторы мин, механизированная рота ОПФОР прорвалась сквозь заграждение без потерь. Если бы в этом случае применялись мины с переменным сроком активности, командиру ОПФОР пришлось бы атаковать сквозь минное поле или изменять свой план наступления.

               

Заключение

                Проведение мероприятий по контр-мобильности против равного по возможностям противника требует от инженера-планировщика полного понимания имеющихся в его распоряжении средств.  Маневры в JMRC показывают, что многие части не понимают и не способны успешно применять заграждения в рамках общевойскового боя. Это должно вызывать опасения, особенно в связи с ростом напряженности в Восточной Европе, где противник не только не уступает нам по возможностям, но и обладает способностью быстро маневрировать на поле боя и занимать выгодные позиции. Пять принципов размещения заграждений служат для нас руководством; опираясь на них, инженер-планировщик будет разрабатывать уникальные для каждой ситуации решения и сковывать действия противника, даже располагая ограниченным арсеналом средств. Чтобы достичь успеха, командиры инженерных войск должны изучать эти принципы и применять их в процессе планирования всех видов боя – а не только оборонительных операций.   

 
* A combat configured load is a preplanned package of ammunition which is transported as a single unit. A CCL is a predetermined mix of ammunition designed to support a type unit or weapon system.

t_bone: (Default)
Пока пишу остаток про саперов, баллады вам в ленту.


t_bone: (Default)
Я, как и любой взрослый, здоровый и вменяемый человек, в нахожусь совершенном восторге от ГиТСовских тачиком.
Потому желание нагуглить текст их песенки про бычка на рынке было вполне естественным. Причем надо отметить, что начиная эти поиски я пребывал в совершенной и полной уверенности, что это какая-то старая японская фольклорная песенка.
Так вот, тачикомы в s01ep16 Ghost in the Shell: Stand Alone Complex поют песню, которая известна как Dona Dona. И она не старояпонская фольклорная, а даже совсем наоборот, из ХХ века.
А конкретнее, написана в 1940 году. Польским евреем.
Так что когда Бато спрашивает - вы хоть понимаете, про что поете? - он не только подразумеваемую судьбу бычка имеет в виду.


Кроме того, для справедливости надо сверить текст:

Бесподобный перевод: "Звісно, знаємо! Так, розуміємо! У пісні теля ведуть на базар. Теля в обмін на гроші. Людина ставить економічний добробут вище прихильності. Правильно! Жертвує дружбою заради грошей! Загалом, ось так. Схоже нас все-таки відправлять до лабораторії. Ну й добре. Бувай!"

Жалкий первоисточник: "Of course we do! It's a song about how the calf is being sold at the market, no? Its about how, in order to survive, people will choose economic factors over feelings, right? It's a song about how friendship lost to poverty, right? Thats what always happens. Oh well. It seems that we're being sent to the lab. Right then. Bye-bye!"

У нас тачикомы обвиняют и клеймят, по-английски пытаются разобраться в причинах человеческого поведения и тут же находят гуманистическое оправдание.
Следует признать, что тут наши переводчики лажанули.

t_bone: (Default)

Применение заграждений: что это такое?/Obstacle employment: what does it mean? by Miller, John L. (sep 2015)

Major Miller is the brigade engineer observer-coach trainer at the JMRC. He was formerly an observer-controller at the National Training Center, Fort Irwin, California. He holds a bachelor's degree in mechanical engineering from the University of Missouri-Rolla (now Missouri University of Science and Technology), and master's degrees in energetic concepts from the University of Maryland-College Park and national security and strategic studies from the Naval War College.

 

North Atlantic Treaty Organization (NATO) Allied Joint Publication 3.12, Объединенная доктрина для военных инженеров Альянса, определяет военных инженеров как военнослужащих, физически формирующих оперативное окружение (1). За последние 11 лет командиры США утратили возможность формировать рельеф посредством широкого спектра противопехотных и противотранспортных мин, что не компенсировалось ростом потенциала в постановке альтернативных видов заграждений (исключение – Корейский полуостров). После изменений в политике США мы можем рассчитывать только на дистанционные противотанковые мины, и системы Volcano с разнообразными боеприпасами. За период с февраля 2004 по сентябрь 2014 единственным существенным дополнением к нашим возможностям по формированию рельефа стали дистанционно-управляемые сетевые мины ХМ-7 Spider. Если исключить мины, Армия США все еще вынуждена полагаться на рвы, земляные валы и засеки – то есть методы более чем 2000-летней давности. Единственная разница заключается в технологии формирования рельефа, используемой для воспрещения доступа или использования противником выгодных особенностей местности.

Чтобы содействовать воплощению командирского замысла, инженеры должны понимать методику, теорию и порядок размещения препятствий в рамках общевойскового боя. Одного знания доктрины заграждений Армии США более недостаточно для эффективного формирования рельефа в противостоянии с равным противником. Эффективное применение заграждений требует от инженеров следующего: применения пяти принципов размещения заграждений; обладания чувством «военного» понимания местности; понимания возможностей и эффекта заграждений; компетентного, адаптивного и вдумчивого проектирования преград; а также использования доступных на рынке коммерческих технологий по формированию рельефа.

Пять принципов размещения заграждений таковы (2):

  • Заграждения должны обеспечивать план общевойскового командира
  • Привязка заграждений к планам наблюдения и огня
  • Привязка к другим заграждениям
  • Эшелонирование заграждений в глубину
  • Размещение для достижения внезапности.

                Статья рассматривает эти пять принципов, а также способы, с помощью которых успешный инженер-планировщик может составить план эффективного размещения заграждений.

                Расстановку заграждений в рамках инженерного обеспечения общевойскового боя обычно рассматривают в контексте обороны, но заграждения можно использовать во всем спектре наземных операций. Например, командиры могут задействовать быстровозводимые пояса заграждений во время атаки с целью прикрытия фланга от вражеской контратаки, или для прикрытия позиций мобильного резерва в маневренной обороне. Составление плана заграждений обычно оставляют на инженеров. Те, как правило, знакомы с со ступенчатой схемой развития зоны военных действий, и примерно представляют, как использовать ее для планирования заграждений. Однако эта схема разработана в основном, для командиров и штабов как руководство для планирования обороны. Семь шагов развития зоны военных действий таковы: (3)

Шаг 1. Определить ключевые пути подхода противника

Шаг 2. Определить схему маневра противника

Шаг 3. Решить, где пройдет рубеж уничтожения противника

Шаг 4. Составить план заграждений, включив их в общий план обороны

Шаг 5. Разместить системы вооружения

Шаг 6. Составить план минометно-артиллерийского огня

Шаг 7. Провести репетицию действий для привлеченных подразделений

                Во время наступления могут выполнятся не все указанные шаги. С другой стороны, пять принципов размещения заграждений актуальны во всех типах боя, и дополняют шаг 4, «составить план заграждений, включив их в общий план обороны».

 

Заграждения должны обеспечивать план общевойскового командира

                Обеспечение задуманного командиром плана боя, вероятно, является наиболее весомым из всех пяти принципов. Если в процессе планирования учитываются намерения командира и общая концепция предстоящей операции, то установленные заграждения увеличат вероятность поражения системами прямого и непрямого огня, а также воспретят противнику доступ к выгодным особенностям местности. Инженер-планировщик должен понимать, где именно командир собирается нанести противнику поражение, и соответственно планировать формирование рельефа в этой точке. Вообще, инженеры нередко нарушают этот принцип, поскольку они:

  • Излишне раздувают или преувеличивают командирский замысел
  • Не полностью понимают командирский замысел и/или концепцию предстоящей операции
  • Планируют заграждения, которые войска не смогут адекватно прикрыть
  • Не учитывают мобильность противника и его возможности по преодолению заграждений, либо то, как противник будет двигаться по местности

                Излишнее раздувание командирского замысла обычно приводит к тому, что план заграждений оказывается для командира бесполезен, излишне переусложнен, и требует большего количества инженерных войск, чем есть в наличии. На ротациях в Joint Multinational Readiness Center (JMRC) в Хохенфельце, Германия, инженеры-планировщики часто планируют пояс заграждений, который бы остановил противника сам по себе – вместо того, чтобы подкреплять и обеспечивать замысел общевойскового командира.

                На последней ротации в JMRC (статья датирована сентябрем 2015 года – прим. перев.), один командир задумал задержать движение ОПФОР по двум путям подхода и истощить противника, разменяв пространство на время для создания развитой и эшелонированной зоны поражения. Старший инженер бригады запланировал пояса блокирующих заграждений поперек путей подхода, вместо того, чтобы выставить сковывающие препятствия в тех точках, где хотел этого командир.  В конечном итоге, пояса блокирующих заграждений так и не были установлены, но на подготовительные работы было затрачено много времени и ресурсов, которые можно было бы потратить с большей пользой.

                Остальные три ошибки обычно случаются в тех случаях, когда инженеру недостает знаний, подготовки и опыта. Инженер не должен стеснятся задавать вопросы во время планирования чтобы прояснить все неясности в картине будущего боя. Все ждут, что инженер является экспертом по всем вопросам, связанным с контр-мобильностью. План заграждений должен учитывать доступное количество материалов, персонала, оборудования и времени, а также поддерживать общий замысел боя. Если план переоценивает наличные ресурсы, то он негоден, и должен пересматриваться до тех пор, пока недостаток ресурсов не будет устранен. Неосведомленность о мобильности и инженерных средствах противника обычно решается более плотным взаимодействием с разведывательным отделом.

                Лишенные необходимого опыта и знаний инженеры нередко не справляются с порученным им планированием заграждений в рамках общего плана боя. Во время маневров в JMRC подобные случаи обычно связаны с участком проходимой местности, обозначенным как 15Т. Инженеры-планировщики постоянно размещают пояса заграждений посреди открытого пространства 15Т, и при этом не привязывают их к окружающему рельефу. Как правило, общевойсковой командир стремится канализировать движение ОПФОР по центру 15Т, чтобы сконцентрировать огонь именно там. Однако, размещенные в центре 15Т заграждения не ограничивают ОПФОР, тактика которых предполагает использование свободных маршрутов, огибающих центр 15Т с севера и юга. Вместо того, чтобы завязнуть, ОПФОР просто рассеивается и обтекает заграждения, что почти или вообще никак не влияет на темп атаки. Инженер-планировщик должен понимать, как противник будет использовать местность, и каким образом нужно местность формировать, чтобы помешать вражеским маневрам.

 

Привязка заграждений к планам наблюдения и огня

                Привязка устанавливаемого заграждения к системе наблюдения, системе огня и уже существующим заграждениям достигается общностью замысла и действиями. Для привязки к общему замыслу инженер-планировщик включает планирование заграждений в процессы общего планирования и подготовки боя. После чего ответственность за привязку возведенного заграждения к действиям прикрывающего его подразделения возлагается на инженера, непосредственно командующего работой на местности. Соглашение о стандартизации НАТО №2036, «Land Mine Laying, Marking, Recording and Reporting Procedures», устанавливает, что возведенное заграждение достигнет нужного эффекта только в комбинации с наблюдаемым огнем. (4) Если заграждение плохо увязано с системой огня, то ОПФОР, при наличии времени и достаточных инженерных средств, очень быстро справляется с ним. Если же заграждение и прикрывающий огонь не увязаны вообще, ОПФОР выигрывает время, и может обойти либо преодолеть заграждение с минимальными затратами ресурсов.

                Привязка заграждений к планам наблюдения и огня достигается согласованной работой инженера-планировщика с оперативным, разведывательным отделами штаба, а также с представителями средств огневой поддержки. Ответственность за прикрытие каждого запланированного заграждения возлагается на выбранное подчиненное подразделение. Начальник разведывательного отдела содействует процессу, синхронизируя его с развертыванием средств разведки, наблюдения, и рекогносцировки (intelligence, surveillance, and reconnaissance – ISR assets), чем достигается наблюдение за заграждениями, находящимися все прямой досягаемости наземных войск. В процессе привязки следует учесть следующее:

  • Назначение ответственного за прикрытие заграждение подразделения
  • Использование средств наземной разведки
  • Привлечение наблюдателей-корректировщиков и передовых авианаводчиков
  • Возможности оптических систем, их ограничения по дальности и в периоды плохой видимости
  • Использование вертолетов
  • Использование беспилотников

                 При правильном применении в комбинации с заграждением, поражающие эффекты прямого и непрямого огня существенно возрастают. Инженер-планировщик тесно сотрудничает с начальником оперативного отдела, командирами подразделений и представителями средств огневой поддержки с тем, чтобы все заграждения были эффективно включены в систему огня. Для этого нужно учесть следующее:

  • Назначение ответственных за сектор поражения, установка критериев открытия огня
  • Развертывание систем вооружения для достижения требуемого эффекта
  • Применение огня прямой наводкой либо минометно-артиллерийского обстрела
  • Применение эшелонированного огня дальнобойных систем по маскимально удаленным заграждениям
  • Размещение заграждений для достижения желаемого типа огня (фланкирующего, облического, фронтального или продольного).
  • Определение приоритетных целей и ожидаемого уровня защищенности этих целей

                По опыту JMRC, планы заграждений ротационных бригад редко включены в систему огня, из-за чего ОПФОР с легкостью обходит либо преодолевает запланированные зоны поражения с минимальными потерями. Однако в свою очередь ОПФОР применяет существующие и возводимые заграждения в комбинации с хорошо подготовленным огнем, нанося жестокие потери ротационным подразделениям. У этих ошибок много причин, но главная из них заключается в том, что план заграждений разрабатывается в изоляции и без учета общего плана боя. Для взаимодействия инженер-планировщик обязан установить продуктивное сотрудничество с остальными штабными специалистами, и обязан обладать практическим пониманием маневренных, огневых и разведывательных возможностей.

(1) NATO Allied Joint Publication 3.12, Allied Joint Doctrine for Military Engineering, 20 June 2014.

(2) Army Techniques Publication 3-90.8, Combined Arms Counter-mobility Operations, 17 September 2014.

(3) Field Manual 3-21.8, The Infantry Rifle Platoon and Squad, 28 March 2007.

(4) NATO Standardization Agreement 2036, Land Mine Laying, Marking, Recording and Reporting Procedures, 27 January 2007.
t_bone: (Default)
Как понять, что вы имеете дело с настоящим пехотинцем:



As light infantrymen we initially did little mounted patrolling. In the train up prior to deployment, we knew we would have some trucks, but the extent to which we would have to use them was definitely unknown. Conducting combat operations in up-armored HMMWVs (UAHs) required skills that my paratroopers did not have, but as is the way of the paratrooper we adapted quickly and became very proficient. The first of those skills that we needed to learn was proficiency with heavy weapons, especially the M2.50 caliber machine gun. Only a handful of my men who had been in antitank platoons had ever used them. It is the main weapon we use when conducting mounted operations. We learned as we went and spent a lot of time and ammunition on the forward operating base (FOB) range. We also incorporated the MK-19 into our operations. Most of my sector is fiat, open desert, and this weapon is great for reaching out and touching the enemy when they shoot at you from 800-plus meters. Soldiers need to become proficient with these vital crew-served weapons under as many conditions of employment as possible prior to their first combat mission; they should not be getting their first exposure to equipment during combat operations. You need to train on this equipment at home station. If you are light infantry, beg, borrow, steal--get it done. If you can get four turtle shells for the company to pass around and train on, then great--that's the first step.

Lessons from Iraq: an infantry platoon leader's thoughts on OIF operations, 1LT Brendan Hagan, 2nd Battalion, 505th Parachute Infantry Regiment

Он понимает, что:
1. Армия бросит его выполнять задачу, к которой его люди не готовились, на оборудовании, которое его люди не учились использовать.
2. При этом Армия не предоставит ему ресурсов на подготовку, и поэтому
3. Эту проблему надо решать самостоятельно - beg, borrow, steal--get it done. Клянчи, одолжи, улыбни - но сделай.

Вообще умом-то я понимаю, что обычный командир взвода США в Infantry Magazine писать не станет. Но тем не менее, средний уровень авторов не может не впечатлять.
t_bone: (Default)
Огневая поддержка ближнего боя: 60-мм минометы/Indirect fire the close fight: the 60mm mortar by Captain Joseph C. Geraci, III

Captain Joseph C. Geraci, III, served as a mortar platoon leader and Headquarters Company executive officer for the 2nd Battalion, 75th Ranger Regiment. While with the 75th, he deployed to Afghanistan in support of Operation Enduring Freedom.

Когда противник завязывает ближний бой, пехотные взводы нашей армии неохотно обращаются за огневой поддержкой, в особенности к огню 60-мм минометов. Некоторые взводные командиры, взводные сержанты, командиры отделений и огневых групп, а также наблюдатели-корректировщики избегают работать с минометами, поскольку не знают этого вида оружия и не доверяют ему. Эта ситуация должна вызывать беспокойство. Задача минометов как раз и состоит в том, чтобы поддерживать огнем пехотные взводы, позволяя им экономить свой боевой потенциал в случайных перестрелках и максимизировать его в момент решающего боя. 60-мм минометы могут оказать взводу действенную поддержку, обеспечивая гибкий и точный навесной огонь на минимальную дистанцию, который либо уничтожает противника, либо подавляет его огневые средства, что позволяет штурмующим стрелкам сблизиться и уничтожить врага. Мы не можем обвинять взводных в излишней осторожности. Я бы и сам не спешил полагаться на оружие, которое я не знаю или которому не доверяю. Поэтому очень важно решить эту проблему, и помочь командирам взводом и рот обрести уверенность в системе вооружения, что призвана быть «критически важной и незаменимой частью маневров пехотной роты».

Опыт маневров, проведенных с IV квартала 1994 до I квартала 2000 года в JRTC (Joint Readiness Training Center, Об'єднаний навчальний центр бойової підготовки армії США, Форт Полк) демонстрирует одну и ту же повторяющуюся тенденцию: командиры огневых групп, отделений и взводов либо не осведомлены о возможностях минометов, либо просто-напросто не желают вызывать их огонь. В результате подразделение не способно задействовать непрямой огонь в случайных или неожиданных перестрелках, что позволяет противнику разрывать контакт на своих условиях. Один из наблюдателей/посредников JRTC, работавший на уровне огневой поддержки бригады, заявлял, что неспособность наводить минометный и артиллерийский огонь по быстро передвигающемуся противнику проводит к итоговому соотношению потерь БЛЮФОР и ОПФОР как 7:1. 60-мм минометы являются единственным штатным средством пехотной роты, способным вести огонь с закрытых огневых позиций (ЗОП). 60-мм минометы всегда под рукой, готовы к действию в любую погоду и могут быть задействованы на уровне роты, то есть не зависят от ограничений и запрещений, что могут быть наложены на поддержку средствами, что подчинены вышестоящим штабам. Ситуация в Афганистане также подчеркивает необходимость более плотного взаимодействия рот с их штатными минометами. Большие перепады высот и резкие смены погоды вкупе с ситуационными ограничениями, часто приводят к тому, что роты, осуществляющие пешее патрулирование в горных регионах, могут полагаться только на поддержку своих 60-мм минометов. Лишенные минометной поддержки в ближнем бою пехотные взводы не способны ни сохранить, ни усилить свой боевой потенциал, и это есть факт.




YAVORIV, Ukraine—Two Ukrainian Soldiers assigned to 1st Battalion, 80th Airmobile Brigade align a mortar system, Nov. 9, before a direct lay training live-fire exercise at the International Peacekeeping and Security Center

 

Предлагаемое решение состоит из трех слагаемых:

  • ·         Организация взаимодействия между минометчиками и командами корректировщиков.
  • ·         Обучение командиров взводов возможностям минометов
  • ·         Включение минометов во все учебные маневры рот.

                В первую очередь необходимо свести вместе корректировщиков и минометные расчеты. Взводный командир должен быть уверен в своем корректировщике, и доверять его суждениям и действиям. Это критически важно, поскольку корректировщик служит связующим звеном между взводом и секцией 60-мм минометов. Ответственность за огневую поддержку пехоты в ближнем бою, по большей части, лежит на плечах корректировщика. Поэтому между корректировщиком и минометчиками должны установится доверительные отношения. Добиться этого можно только постоянной и настойчивой боевой подготовкой. Можно предложить учебный план следующего вида.

                Тренировки начинаются с учебных огневых задач по целям, расположенным на стрельбищах и полигонах. Можно использовать следующую эффективную методику: минометные расчеты располагаются снаружи и обрабатывают поступающие огневые задачи, в то время как команда корректировщиков, обозревающая цели, размещается в здании неподалеку. Чем лучше корректировщик будет знать человека на другом конце радио, тем более уверен он будет в собственных возможностях. Следующим этапом подготовки будет вызов огня по статичным целям. Венцом совместной подготовки корректировщиков и минометчиков будет курс, включающий движение и ведение огня после развертывания. Во время такого упражнения корректировщики и минометные расчеты двигаются в условных боевых порядках роты или взвода; когда корректировщик вызывает огонь по внезапно появившейся цели, расчеты должны развернуть минометы и как можно быстрее открыть огонь. Группа должна поразить несколько целей, симулирующих условный контакт с противником, за время движения между 500 и 1000 метровыми отметками. Этот простой учебный курс поможет минометами и корректировщиками организовать и отточить порядок взаимодействия при внезапном огневом контакте.

                Следующее слагаемое успеха – организация взаимопонимания между лидерами взвода и минометами. Для этого взводные командиры и сержанты должны пройти инструктаж о возможностях и применению 60-мм минометов. Инструктаж должен включать, для примера: максимальную дальность огня минометов, носимый боекомплект, скорострельность, способы стрельбы из минометов (с полной подготовкой данных, с использованием корректировщика, полупрямой наводкой, с поспешно развернутой ОП – см. примечание*), порядок запроса на огонь, минимальное безопасное удаление (minimum safe distance - MSD), радиусы потенциального риска поражения (risk estimate distances – REDs) и эшелонирование огня. Крайне важно, чтобы лидеры понимали указанное, в особенности разницу между MSD и RED, и как они влияют на эшелонирование огня.

                MSD, минимальное безопасное удаление, используется для тренировок в мирное время – это оговоренная минимальная дистанция удаления от предполагаемой точки попадания, на которой с 99% вероятностью риск поражения исключен.**

                Подразумеваемый смысл эшелонирования огня заключается в использовании огня всех доступных систем на рубеже, как можно более близком к дружественным силам, что призвано увеличить их свободу маневра в зоне огневой досягаемости противника. В конечном итоге пехота наступает под прикрытием «стены огня», пока не сблизится с объектом атаки. Эшелонируя огонь, вы начинаете обстрел с наиболее могущественного боеприпаса из доступных, а когда фронт передовых подразделений подойдет на дальность RED, вы переносите огонь этой системы в глубину, продолжая подавлять противника следующей наиболее летальной системой с меньшим RED. Весь процесс повторяется, пока вы не перейдете к 60-мм минометам.

                Как правило, 60-мм минометы будут последним из задействованных огневых средств перед тем, как пехота начнет штурм объекта. Среди факторов, влияющих на эшелонирование огня, можно назвать скорость маневрирующих элементов, количество доступных боеприпасов, запланированное воздействие на противника, уровень подготовки расчетов артиллерии и корректировщиков, и степень риска по RED, на которую командир готов пойти. По сути RED представляют собой ориентиры, опираясь на которые командир выбирает уровень воздействия на противника на объекте и одновременно обеспечивает возможность своим атакующим подразделениям подойти как можно ближе под прикрытием и при поддержке артиллерийско-минометного огня с ЗОП.

                Взводные командиры и сержанты должны не только изучать теорию, но и отрабатывать вызов огневой поддержки практически на полигонах и в спокойной обстановке. Это позволит лидерам лучше понять минометы и освоится с порядком взаимодействия с ними. Если позволяет время и наличный запас боекомплекта, лидеры должны принимать участие в учениях по открытию огня с хода.

                Последним слагаемым успеха будет включение минометов в программу маневренной подготовки роты. Исключительно важно, чтобы каждый минометчик был прежде всего подготовленным пехотинцем, поскольку это позволит укрепить товарищество между расчетами и маневренными взводами. Во время взводных маневров не стоит возлагать на минометчиков функции ОПФОР, напротив, они должны рассматриваться как еще одно отделение, участвующее в тренировочном процессе. Это одновременно увеличит боевые возможности роты, поскольку минометчики получат подготовку, что позволит им организовать собственное охранение в боевых условиях, плюс весь взвод станет воспринимать минометчиков как равных себе солдат.

                Огонь 60-мм минометов должен стать частью всех ротных боевых стрельб, а все боевые стрельбы должны предусматривать сценарий внезапного контакта, при котором управление огнем минометов переходит либо к команде корректировщиков, либо к командиром отделений и огневых групп. Только контролируя огонь минометов на практике, корректировщики и взводные лидеры по-настоящему освоятся с их возможностями. По возможности, на маневрах с боевыми стрельбами пехота должна отрабатывать сближение с объектом, который одновременно обстреливают ротные минометы. Другая техника, о которой тоже не стоит забывать, предусматривает стрельбу из миномета без развертывания треноги, с рук и полупрямой наводкой. В обоих описанных случаях минометы, по сути, работают как системы прямого огня, поскольку расчет наблюдает цель своими глазами без взаимодействия с корректировщиками. Таким образом, минометы способны самостоятельно контролировать свой огонь.

--------------------

 

* There are various engagement methods: direct lay and direct alignment (which do not require a fire direction center), the conventional indirect fire, and the hip shoot. Direct lay and direct alignment are the primary methods of engagement for the 60-mm mortar.

a. Direct Lay. This method is used when the gunner can see the target. The mortar may be hand-held or bipod-mounted. An initial fire command is required to designate the target and (if desired) specify the shell-fuse combination and number of rounds. The gunner then adjusts fire and fires for effect without additional instructions. Its advantages are: the target can be engaged immediately when using the hand-held mode (the mortar only weighs 18 pounds and is therefore highly portable); it can be used by relatively untrained gunners, such as cross-trained infantrymen; and it does not require an FDC. Its disadvantages are: it requires the mortar crew to be relatively close to the enemy and therefore susceptible to direct and indirect fires; and it is less effective at night (targets that cannot be seen by the gunner cannot be engaged).

b. Direct Alignment. This method is used to allow the mortar crew to fire from full defilade positions without an FDC. It requires that an FO be within 100 meters of the gun-target line and, if possible, within 100 meters of the guns. It can be used only when mounted on the bipod or held in the hand, although the bipod-mounted is much more accurate. Its advantages are: the target is engaged more quickly than with either of the FDC methods; the crew has more protection than in the direct lay method; and it does not require an FDC. Its disadvantages are: it is slightly slower than the direct-lay method; it requires the mortar crew to be relatively close to the enemy and therefore vulnerable to indirect fires or assault; it requires a trained FO to be within 100 meters of the guns or at least within 100 meters of the gun-target line; and the FO must also be in direct communication with the gun crew by voice, arm-and-hand signal, land-line, or radio. The gun must also be relaid to engage each different target.

c. Conventional Indirect Fire. This method is used when the mortars have been laid for direction and an FDC established with positions plotted on the M19 plotting board or the mortar ballistic computer. In this situation (for the 60-mm mortar), the section leader operates the MBC or the M19 plotting board, and the radio as the FDC. Its advantages are: the mortars can fire accurately at any target within range as long as it is observed by an FO who can communicate with the FDC; plotted targets can be accurately engaged during limited visibility; and the mortar crew can be located well away from enemy direct fires. Its disadvantages are: there is no designated FDC in the light infantry mortar section; and the fires are not as responsive as direct lay.

d. Hip Shoot. When a call for fire is received during movement and the target cannot be engaged by either the direct-lay or direct-alignment method, a hip shoot is initiated. A hip shoot is a hasty occupation of a firing position; it requires both an FDC and an FO. The section leader normally acts as the FDC (60-mm only). The FO's corrections maybe sent over the radio or by a wire net. The platoon leader/section leader must quickly determine an azimuth of fire by map inspection. He then gives this direction to the mortar squads. The second squad leader uses the M2 compass (for the 60-mm section) to lay the base mortar. The section leader uses either the MBC, the graphical firing scale, or the firing tables to determine the appropriate elevation and charge. He uses either the MBC or the M19 plotting board to refine the firing data based on the FO's corrections. The section leader may use the aiming-point deflection method, depending upon the terrain. The second mortar is laid either by sight-to-sight or M2 compass. Its advantages are: a hip shoot allows fire support when other methods of engagement are not usable; and the mortar section is able to move at the same time as the unit and still provide adequate fires. Its disadvantages are: it is the slowest method of fire and least accurate.

** RED, радиус потенциального риска поражения в метрах, означает безопасную дистанцию удаления от заданного типа боеприпаса, и используется только в боевых условиях. Существует два типа RED, определенные в зависимости от процента поражения (percent of incapacitation - PI) собственных солдат, и обозначенные как .1 PI и 10 PI. Первый (.1 PI) означает, что один из тысячи солдат будет выведен из строя потенциальным поражающим воздействием боеприпаса. Второй (10 PI) означает, что будет выведен из строя один из десяти солдат. Для минометов они следующие:

Weapon System

MSD (Training)

RED (.1 PI)

RED (10 PI)

60-mm Mortar (M224)

250m

175m

65m

81-mm Mortar (M252)

350m

230m

80m

120-mm Mortar (M120/M121)

600m

400m

100m

t_bone: (Deer-2)


Тачікоми *голосно заспівують хором*: Теля ведуть на базар! Віз гойдається... Бато-сан!
Бато *намагаючись приховати турботу*: Та ви хоч знаєте, про що співаєте?
Тачікоми *перебиваючи одна одну*: Звісно, знаємо! Так, розуміємо! У пісні теля ведуть на базар. Теля в обмін на гроші. Людина ставить економічний добробут вище прихильності. Правильно! Жертвує дружбою заради грошей! Загалом, ось так. Схоже нас все-таки відправлять до лабораторії. Ну й добре. Бувай!
t_bone: (Default)
Некоторое время назад случилось мне спросить у читателей, какие статьи переводить. Провел, так сказать, срез мнения общественности. Настало время подвести итоги. В прошлый раз читатели попросили:

Командир, могу я стрелять?/Commander, May I Engage? by By Staff Sgt. Christopher Rance (2016) - особенности применения снайперов в операциях низкой интенсивности. Правила применения оружия, оценка обстановки с точки зрения командира и снайперской группы.

Короли дороги: тяжелые и легкие войска в городском бою/Kings of the road: heavy and light forces in MOUT by Karagosian, John W.; Coglianese, Christopher M. - часть первая, окончание. Применение танков в городском бою, порядок их взаимодействия с легкими войсками и некоторые типичные ошибки.

Взвод тяжелого оружия: 15 минут до успеха/A heavy weapons platoons: 15 minutes to Success by Major Perry Beissel and Sergeant First Class Marco Garcia (2004) - бонусом пошло. Особенности выполнения выполнения срочных задач взводом тяжелого оружия. Основная мысль простая и правильная: для того, чтобы быть способным подготовиться к выходу за 15 минут, нужно тренироваться готовиться к выходу за 15 минут.


То есть, одну партию я отработал. Хочу еще. Условия те же - высказываемся в коментах, что кому интересно, а я выберу 2-3 самых популярных варианта. Пожелания армии учитываются в первую очередь. Посмотрим, как пойдет, может быть сделаем из этого постоянную рубрику, так что распространение приветствуется.


Список возможного на этот раз: 

1. Indirect fire the close fight: the 60mm mortar – принципы использования легких минометов как штатного вооружения стрелковой роты, в разрезе организации подготовки и координации между минометчиками, наблюдателями и ротным командиром. Коротко и по делу, все применимо для 82-мм минометов.

2. The Antitank Section In Support of a Light Infantry Rifle Platoon (2003). Тут в чем фокус, противотанковый взвод (взвод оружия) стрелковой роты в армии США часто работает не только как собственно противо-танковое средство, но и как резерв, маршевое охранение и авангард для пехотного командира – из-за необходимости парировать потенциальную угрозу со стороны вражеской бронетехники. Об этом статья

3. Obstacle employment: what does it mean? – краш-курс по размещению заграждений в рамках инженерного обеспечения общевойскового боя, написан очень хорошим популярным языком.

4. Seven Breaching Habits of Highly Effective Units – краш-курс по преодолению заграждений в рамках инженерного обеспечения общевойскового боя, написан не очень популярным языком, но очень информативен. Много описаний ТТР (Tactics, techniques and procedures – тактики, техники и процедуры, то есть устоявшиеся методы действий и ведения боя).

5. Последний бой дивизии Тавакална – монументальная, хорошо за 30к символов, статья про разгром лучшей механизированной дивизии Республиканской гвардии Ирака в ходе Войны в Заливе (первой). Спойлер – иракцы разбегались не всегда и не все, и иногда сопротивлялись довольно умело, но этого оказалось недостаточно.

6. National Training Center Opposing Forces Smoke Doctrine принципы применения дымовых завес командирами ОПФОР во время маневров на полигоне NTC. Из-за уникальности «инструкторских подразделений» ОПФОР их доктрина не совпадает ни с американской, ни с советской, и потому может представлять немалый интерес. Да и где вы в принципе читали про тактику дымогенераторов?

t_bone: (Default)

At the time this article was written, Captain John W. Karagosian was an observer/controller at the Joint Readiness Training Center at Fort Polk, Louisiana.

Captain Christopher M. Coglianese is a 2003 Olmstead Scholar who is completing graduate studies at the University of Bombay in Bombay, India.


Взаимодействие танков и пехоты.

                В городском бою целостность и сплоченность подразделений нарушается очень быстро. Пехотные взводы гибнут; танки уничтожаются; назначенные цели меняются. Подразделения готовятся к одному, но воевать приходится по-другому. В таких условиях очень важно поддерживать устойчивую связь. Если командная цепочка облегчает подчиненным подразделениям переговоры между собой, то шансы на успешную координацию и синхронизацию действий повышаются, даже несмотря на хаотическую природу городского боя.

                Существует несколько приемов, снискавших общее внимание, однако на деле оказывающихся контрпродуктивными в городском бою.

                Начнем с мифа о танковом телефоне. Танки типа М1 Абрамс не оснащены им, и отсутствие телефона некоторыми воспринимается как недостаток. Хотя танковый телефон может пригодится в поле, в городе от него мало толку. В городском бою танк, как правило, занимает одно и то же положение – посреди улицы. Умный пехотинец никогда не выйдет на открытое место без крайней необходимости. На малых дистанциях городского боя спрятаться за танком легко на словах, но гораздо сложнее на деле. Фланкирующий огонь и огонь с верхних этажей делают укрытие за кормой танка гораздо меньшим, чем принято думать. Выстрелы РПГ-7, артиллерийский огонь, гранаты и минометные мины дают осколки, от которых не спрячешься за кормой танка. Хуже того, одинокий солдат, прячущийся за кормой танка выглядит ровно так, кем и является на деле – командиром, передающим целеуказание танкистам по телефону. Противник крайне заинтересован в таких целях, и с неослабевающим вниманием будет пытаться разрушить цепочку командования и взаимодействия, которую вы пытаетесь наладить.

                Использование танка в качестве щита от вражеского прямого огня – еще одна методика, которая лучше выглядит на бумаге, чем на практике. Кажется, что ее применяют в основном те подразделения, которые привыкли готовится к противнику с ограниченными противотанковыми возможностями. Во-первых, такая методика требует от солдат сбиваться в кучу снаружи зданий, что обычно очень плохая идея. Во-вторых, танк должен сближаться с вражеским зданием, что увеличивает вероятность подставить боковую или верхнюю броню под обстрел. Чем ближе танк подходит к удерживаемому противником зданию, тем меньшее укрытие он предоставляет пехоте за ним, поскольку противнику становится легче вести огонь сверху или с фланга.  И одновременно, чем ближе танк подходит к зданию, тем меньше зона, которую он может обстрелять в секторе вертикального и горизонтального обстрела своим орудием и спаренным пулеметом. И наконец, такая методика помещает танк впереди пехоты, то есть пехота не может обеспечить периметр охранения против вражеских истребительных команд. Стоит отметить, что на большой дальности, или в районах одноэтажной застройки «наступление за танком» может быть эффективным, однако в целом оно оборачивается потерями танков от РПГ и подрывных зарядов, что вынуждает пехоту в одиночестве прокладывать себе путь в глубине объекта. В сомнительных ситуациях лучше подавить противника с тыла, чем рисковать загнать танки в засаду. Концентрация танков в одном месте не позволит атаке завязнуть. Если растерять бронетехнику на ранних стадиях боя, вам придется продолжать атаку без них, что в конечном итоге выльется в серьезные потери пехоты, которая будет вынуждена сражаться без поддержки.

                Один из главных аспектов взаимодействия между пехотой и танками заключается в том, как пехота, при обнаружении противника, передает данные о целях танку. Во времена Второй мировой войны танки М4 Шерман оснащались телефонами, стрелковые взводы имели по одной рации SCR-536 "handie-talkie", а командиры рот – по одной носимой рации SCR-300 для связи с батальоном. Танковые телефоны были единственным способом связаться с танкистами, и потому имели жизненно важное значение. Сегодня в распоряжении стрелковых взводов имеется уйма легких раций SINCGARS плюс радиостанции короткого радиуса действия у командиров отделений и огневых групп. Поэтому важно, чтобы средства связи были совместимы, а проверка связи между танками и пехотой должна войти в перечень предбоевых процедур.


 

                Целеуказание можно улучшать и улучшать. Пехота в бою использует пассивные приборы ночного видения PVS-7 и PVS-14, усиливающие доступный свет для создания видимой картинки. Чаще всего пехотинцы указывают цели с помощью лазеров PEQ-2 или PAQ-4. Эти легкие и компактные устройства, прикрепленные к стрелковому оружию вроде карабинов М4 и пулеметов М240 и М249, испускают лазерный луч, видимый для ПНВ. С другой стороны, наводчики танков используют тепловизионные прицелы, засекающие испускаемое целью инфракрасное излучение, но не реагирующие на лазеры. Поэтому по возможности командиры танков должны использовать ПНВ для обзора целей, вскрываемых передовыми пехотными элементами. Это сложно сделать из-под закрытого люка; так как командиры танков – ресурс ценный, возможно возникнет необходимость вести бой из-под люка, поднятого в верхнее положение, высунув наружу только голову и наблюдая цель, пока танк находится как можно дальше от цели. Другая возможность – это использование трассеров, которые прекрасно видны на термоприцелах.

                Самыми важными технологическими усовершенствовании для бронетехники в городском бою будут являться те, что облегчают целеуказание для танков от окружающей их пехоты. Одним возможным усовершенствованием будет оснащение командира танка пассивным прибором ночного видения. Поле зрения здесь более важно, чем увеличение, так как основное назначение этого прибора будет заключатся в том, что он позволит танкистам использовать имеющиеся процедуры целеуказания с помощью лазеров, широко распространенные среди пехоты и авиаторов.

                Установленное в преддверии штурма взаимодействие между пехотой и танками должно включать определение построений для стрелков и бронетехники, конфигурации радиосетей, позывные и частоты, а также как будут помечаться цели, с помощью каких средств и каким командиром. Кроме того, войска, ведущие городской бой, должны говорить на понятном для всех языке. На практике во время маневров в JRTC распространено присвоение каждому отдельному зданию своего номера, отмеченного на картах малого масштаба. Стены обозначаются против часовой стрелки: Альфа означает северную сторону, Браво – западную, Чарли – южную, и Дельта – восточную стену любого здания вне зависимости от его расположения. Проходы, вроде окон и дверей, нумеруются слева направо и снизу вверх. Таким образом, «Чарли 23» означает второе окно слева, третий этаж, на южной стороне здания. Простые команды наводчику, оговаривающие метод целеуказания, упрощают понимание и ускоряют процесс. Например:

1. Адресат – (Танк) Рэд 13, это (пехота) Альфа 16, прием.

2. Направление – Здание 21, окно Чарли 32, прием. (Белое здание на 11 часов, южная сторона, второй этаж, третье окно слева).

3. Описание цели – Вражеский пулемет.

4. Дальность – 100 метров.

5. Способ ведения огня – Цель помечена лазером.

6. Момент открытия огня – Огонь по готовности.

               

                Опыт JRTC показывает, что взаимодействие легких и тяжелых войск может быть особенно эффективно в нескольких специфических ситуациях, таких как:

                Прежде всего, при преодолении вражеских заграждений на окраинах города и последующим захвате плацдарма. Командиры пехотных рот часто предпочитают идти на прорыв с минимальным усилением, намереваясь скрытно сблизиться и преодолеть полосу заграждений. Чаще всего задача выполняется стрелковым взводом, усиленным отделением инженеров в качестве авангарда; в проделанный проход вводится второй взвод, а третий взвод (иногда усиленный несколькими пулеметами М240) обеспечивает огневую поддержку.

                Далее прослеживаются несколько тенденций. Когда атакующие сближаются на дальность огня стрелкового оружия, для подавления огня защитников из окраин им требуется большое количество стрелков. Так как защитники укрыты в зданиях, а атакующие на виду, достижение огневого превосходства, как правило, требует превосходства 3 к 1. Для концентрации огневой мощи стрелковые отделения и пулеметные расчеты сосредотачиваются в одном месте – и тем самым образуют соблазнительную цель для вражеских минометных расчетов, которые рутинно кидают несколько 82-мм мин на последние прикрытые и замаскированные позиции у окраин. В результате пехота несет массовые потери от вражеского заградительного огня по большой, неподвижной цели.

                Эта ситуация идеальна для использования бронетехники. Открытые сектора обстрела, достигающие зданий на окраинах, позволяют танкам вести опустошительный огонь, находясь далеко вне досягаемости засад РПГ. Бронетехника может выполнить то, что недостижимо для пехоты: выдерживать минометный огонь и поддерживать огневое превосходство, прикрывая движение элемента, преодолевающего заграждения и захватывающего плацдарм в городе. В преддверии штурма пехота разведывает огневые позиции с подходящими секторами обстрела, которые затем занимает бронетехника. После того, как плацдарм будет захвачен и укреплен, танки перегруппировываются, после чего их можно переподчинить штурмовым взводам.

                Вторая ситуация касается трудностей при занятии позиций для поддержки огнем в черте города. Легкобронированные машины, неспособные выдержать попадание из РПГ, используют маневренность для выживания. Вместо того, чтобы ездить вверх-вниз по передней аппарели заглубленного окопа, бронетехника занимает позицию под прикрытием здания, после чего выезжает вперед. Весь процесс похож на «выглядывание» пехотинца из-за угла. Легкие машины должны выезжать вперед не дальше, чем это необходимо для обстрела цели, минимизируя тем самым открытую часть корпуса, сокращая время, проведенное на огневой позиции, и подставляя под огонь противника более толстую лобовую броню. Пехота, расположенная впереди огневой позиции, должна передавать экипажу точные команды целеуказания, что также сократит время контакта. В случае, когда угроза со стороны вражеского противотанкового орудия особенно велика, командир танка и наводчик должны предварительно спешится и осмотреть вражескую позицию с замаскированного наблюдательного пункта.

                Воспользоваться этой методикой могут даже основные боевые танки. В деревнях и небольших городах способен удерживать цель под обстрелом, даже лишившись подвижности. В больших городах и мегаполисах обездвиженный танк не сможет продолжать поддерживать атаку огнем, так как защищающиеся могут отступить на несколько кварталов и нанести поражение атакующей пехоте с новой позиции. В этом случае потеря подвижности устраняет танк из боя так же надежно, как и полное уничтожение.

                К сожалению, организовать обучение правильному порядку взаимодействия в городском бою непросто, так как доступные материалы можно пересчитать по пальцам. Интересно отметить, что один из наиболее наглядных примеров использования бронетехники в городе можно увидеть в фильме «Спасение рядового Райана». В его завершающей сцене, наступление германской пехотной роты с несколькими тяжелыми танками задерживается небольшим и наспех сколоченным подразделением США, по силам менее взвода. Из-за грамотных действий горстки обороняющихся американцев, усугубленных грубым нарушением многих принципов взаимодействия танков и пехоты наступающими, немцы оказываются полностью разбиты подоспевшей батальонной боевой группой. В конечном счете, фильм хорошо демонстрирует, как не надо атаковать.

                В настоящее время городской бой будет вероятной составляющей операции в любой точке земного шара. Спешенная пехота и бронетехника при хорошо налаженном взаимодействии между ними исторически доказали свою высокую эффективность. Мы должны эффективно использовать эти два организационно и культурно различных рода войск; для этого требуются связь, синхронизация действий и эффективные стандартные процедуры, которые позволят купировать недостатки и усилить преимущества и пехоты, и бронетехники. Это «экспертный уровень» организации общевойскового боя, и достичь его нелегко. Но преимущества его неоспоримы. Первым шагом для достижения этой выдающейся эффективности кроется в эффективной боевой подготовке по месту расположения.

t_bone: (Default)

Короли дороги: тяжелые и легкие войска в городском бою/Kings of the road: heavy and light forces in MOUT by Karagosian, John W.; Coglianese, Christopher M.

At the time this article was written, Captain John W. Karagosian was an observer/controller at the Joint Readiness Training Center at Fort Polk, Louisiana.

Captain Christopher M. Coglianese is a 2003 Olmstead Scholar who is completing graduate studies at the University of Bombay in Bombay, India.

 

«Урбанизированный мир означает городской бой, нравится нам это или нет … Мы будем сражаться в городах, и нам нужны танки, способные воевать и выжить на улицах».

Lieutenant Colonel Ralph Peters, U.S.  Army Retired in his book, Fighting for the Future. Will America Triumph?

 

                Раннее утро; в предрассветных сумерках 1-й взвод двигается вперед. Осторожно продвигаясь сквозь занятый противником город, ведущее отделение осматривает брошенные здания и опустевшие улицы. Враг где-то здесь, где-то рядом, но остается невидимым. После организации огневого прикрытия, 2-й взвод выдвигается на штурм домов на противоположной стороне улицы. Взвод встречает интенсивный вражеский огонь. Солдаты падают наземь, и либо остаются лежать неподвижно, либо медленно отползают к любому укрытию, что могут найти.

                В глубине своего опорного пункта вражеский командир ждет следующего шага американцев. И вдруг высокий вой турбины на противоположном конце улицы сигнализирует о приближении американской бронетехники. Из-за угла высовывается ствол орудия танка М1А1. Противник готовит дымовые гранаты, подрывные заряды и реактивные гранатометы, намереваясь отбить и эту атаку…

               

                С ростом городов и разрастанием зон застройки по всему миру, городской бой и проведение военных операций в городской застройке становятся все более и более вероятными составляющими наших будущих задач. Присутствие на этом поле боя гражданских лиц не дает использовать артиллерию и авиацию, а сложность трехмерной обстановки делает городскую застройку наиболее подходящей оборонительной позицией для любого, кто захочет противостоять силам США.

                Бронетехника является одним из самых разрушительных средств в арсенале наших командиров. Она с наибольшей эффективностью обеспечивает точный огонь прямой наводкой с близкой дистанции. Способность организовать взаимодействие тяжелых и легких сил есть важное умение, которое иногда становится критичным для успешного выполнения задачи. Во время учений в JRTC (Joint Readiness Training Center) тяжелые ротные боевые группы часто придаются легким бригадам для боев в учебном городке Шугарта-Гордона. Настоящая статья кратко подытоживает несколько уроков, сформулированных наблюдателями-посредниками по итогам маневров тяжелых и легких сил в городской застройке.

                В ближнем бою в городе бронетехника без поддержки пехоты очень уязвима. Легкая пехота, хотя и лучше подходит для городского боя, остается уязвимой во время пересечения открытых пространств и накопления сил для зачистки удерживаемых противником зданий. Исторически, наиболее успешно действовали в городах те войска, что налаживали взаимодействие пехоты на уровне взвода-роты с танковым ядром из пары (секции)-взвода. Действуя совместно, танки и пехота купируют недостатки и усиливают преимущества друг друга, что является хорошим примером синергии.

                Роль бронетехники в городском бою огромна. Согласно результатам тематического исследования, проведенного Корпусом Морской пехоты США, танки участвовали в 21 из 22 рассмотренных битв. В трех четвертях этих битв собственная танковая поддержка была главной составляющей специально сформированных штурмовых групп. В общем, специальные штурмовые группы, действия которых поддерживали танки, оказались наиболее эффективными подразделениями.

                Пехота движется от укрытия к укрытию. С точки зрения солдата, что стремится вести бой и при этом выжить, укрытие может быть либо великолепным (внутри здания), либо отсутствовать полностью (на открытой улице). Поэтому пехотинцы ведут бой в основном изнутри зданий, и перемещаются между ними с максимально возможной скоростью, минимизируя таким образом время, проведенное на открытой местности. Войдя в контакт, пехотинцам нужно накопить достаточно сил для ведения огня на подавление по вражескому зданию, за чем следует штурм. Им необходимо не дать противнику вести эффективный ответный огонь из штурмуемого здания, так и из зданий, что окружают его. Заняв плацдарм внутри здания, солдаты зачищают комнату за комнатой, устраняя очаги сопротивления. Пехота в 95% случаев вскрывает свои цели на дистанции в 100 метров и ближе. Занимая наилучшее укрытие из возможных и рассредоточиваясь, пехота способна выдерживать сильный вражеский обстрел, и потому должна возглавлять атаку. Солдаты хорошо подготовленного взвода почти не покидают здания. Подразделения словно растворяются в городском ландшафте, не подставляясь под наблюдение и огонь.

                С другой стороны, бронетехнике трудно отыскать укрытия. На короткой дистанции, характерной для городского боя, бронетехника остается открытой, в то время как ее видит и слышит замаскированный враг. Танки могут уничтожить все, что заметят, но очень редко способны найти обороняющуюся пехоту. Главной угрозой остается пехотное противотанковое оружие, которое трудно засечь. Если пехота озабочена поиском укрытия, и нуждается в огневом прикрытии и дымовой завесе для наступления, то бронетехника беспокоится о прикрытии флангов, тыла и крыши, но при этом имеет более чем достаточную огневую мощь для подавления любого встреченного противника. Хотя некоторые тактики используют танки как «щиты для пехоты», бронетехнике на самом деле нет необходимости наступать прямо на объект. Не важно, насколько близко танк подошел к объекту атаки, но вот доступный танку сектор обстрела, напротив, имеет решающее значение. Танкисты наступают на объекты, здания и противника, выдвигая вперед сектора обстрела своих орудий, а не свои машины. Если танк может наблюдать вражескую позицию, то почти в 100% случаев это означает, что она находится в пределах дальности эффективного огня.

                 Уместной аналогией здесь может служить ссылка на машину, едущую по ночной трассе. Ее водитель освещает путь с помощью фар. На опасных участках он едет медленнее. И он не станет ехать с погашенными фарами, полагаясь на свет машины, что едет позади. Точно так же, без «света» танки не могут находить цели, ориентироваться в пространстве и решать, как поступать со встреченными препятствиями. В городском бою роль «света», выявляющего вражеские позиции, играет пехота. Потому в неопределенной ситуации пехота, как правило, двигается впереди. Бронетехника обеспечивает свободу маневра, уничтожая на месте любого обнаруженного врага. Загоняя нашу «машину» вперед «света», мы не достигнем поставленной цели. В этом случае столкновение с противником превращается во внезапный крутой поворот, на который мы не успеваем среагировать на наших собственных условиях, и, следовательно, сдаем таким образом инициативу противнику.  Во время маневров в JRTC агрессивные командиры часто пытаются наступать в городе с танками впереди. Хотя движение с танками впереди и может обеспечить кратковременный успех, как правило, в ходе этого бронетехника несет тяжелые потери. Очень часто это приводит к снижению боевой эффективности, и наступающая бригада теряет импульс атаки, танки и солдатские жизни.

                Если пехота и танки двигаются вместе, то тактика меняется. Пехотные взводы в наступлении становятся менее зависимыми от собственного прикрывающего огня. Танки обеспечивают огонь на подавление, а в это время пехота занимается прикрытием фронта, флангов и тыла, защищая более уязвимые зоны танков от вражеских противотанковых групп. Прикрытие и движение, вкупе с прикрывающим огнем танков, двигает наступление вперед.

                Легкие войска движутся сквозь здания. Они входят в контакт, идентифицируют вражескую позицию, сковывают ее огнем и занимают укрытия. Танки остаются позади в готовности прикрыть огнем. Выделенное охранение защищает танки от выстрелов гранатометов с флангов и тыла. Охранение не должно находиться рядом с танком, позади танка или в ближайшем подъезде, который выходит на улицу, где стоит танк. Охранение должно занять ближайшие здания и наблюдать за выгодными позициями, откуда можно обстрелять танки. Ранее обнаружение угрозы позволяет пехоте вовремя атаковать расчет РПГ, или позволяет бронетехнике отступить, переместится или атаковать. На близких дистанциях 30 или 40 пар глаз пехотного взвода совершенно необходимы для организации надежного охранения флангов и тыла. Пехота выслеживает; танки уничтожают. Насколько это возможно, бронетехника должна вести бой изнутри подвижного периметра, что обеспечивает ее безопасность.

                В неразвитых регионах мира семейство РПГ используется для поражения широкого спектра целей. Во Вьетнаме, Сомали и Афганистане (как во время советского вторжения 1979-1989 годов, так и по опыту ISAF с 2001 по сегодняшний день) РПГ использовались для обстрела вертолетов. В Могадишо их использовали в качестве мобильной артиллерии против хамви, грузовиков и бронемашин. Для любого иррегулярного подразделения РПГ является многоцелевым средством борьбы с танками, машинами, живой силой и вертолетами – всем, чему может нанести серьезный вред взрыв 2,5-кг боеголовки. РПГ дешевы, несложны в применении, легко доступны по всему миру и надежны. Наиболее распространенная версия, РПГ-7В, весит примерно 9 кг и стреляет 2,5-кг реактивными гранатами ПГ-7В. В отличие от американского АТ-4, РПГ-7 – оружие многоразовое. Отделение, нагруженное двумя гранатометами по четыре выстрела к каждому, несет 76 фунтов, из которых 40 фунтов приходится на боеприпасы. Для обеспечения такой же огневой мощи, американцам приходится нести почти вдвое больший вес: 10 гранатометов АТ-4, каждый из которых весит 14,8 фунта. РПГ-7 это легкое и подвижное оружие с внушительной огневой мощью. Однако, у него есть и недостатки: небольшая дальность и ограниченная бронепробиваемость.

                Наиболее драматичный пример противотанковой обороны за последние годы – это срыв российской атаки на Грозный, столицу Чеченской Республики, в декабре 1994 года. За первые месяцы боев россияне потеряли 225 единиц бронетехники. Бригада на острие наступления потеряла 100 из 120 своих БТР и БМП, и 20 из 26 танков.

                Следующая цитата взята из Russian-Manufactured Armored Vehicle Vulnerability in Urban Combat: The Chechnya Experience by Lieutenant Colonel Lester Grau, U.S. Army Retired:

                «В ходе обороны в городской застройке против танковой атаки противник будет стараться:

  • ·        организовывать противотанковые истребительные команды, включающие пулеметчиков и снайперов – в их задачу входит защита гранатометчиков от сопровождающей танки пехоты;
  • ·        выбирать места для противотанковых засад в тех районах города, где плотная застройка сковывает и канализирует движение бронетехники;
  • ·        открывать огонь по головной и замыкающей машинам, чтобы запечатать всю колонну на простреливаемом участке дефиле;
  • ·        обстреливать бронетехнику сверху, с тыла и с боков. Выстрелы РПГ в защищенную динамической защитой лобовую броню только выдают позицию гранатометчика;
  • ·        использовать несколько истребительных команд для одновременной атаки бронетехники с уровня первого этажа, с уровня подвала и верхних этажей. Недостатками РПГ-7 и РПГ-18 являются сильная реактивная струя пускового заряда, выходящая сзади, заметность и относительно малая скорострельность. Чеченцы решили проблемы скорострельности, обстреливая одну и ту же цель одновременно из 6-7 гранатометов;
  • ·        в первую очередь открывать огонь по сопровождающим танки зенитным самоходным установкам.»

После сражения за Грозный, россияне эвакуировали остовы уничтоженных машин на танковый полигон в Кубинке для оценки сильных и слабых сторон своей бронетехники. Из собранной информации было сделано несколько выводов:

  • ·        Лобовая броня танков позволяет успешно пережить последствия попадания ручного противотанкового оружия, при выстреле с уровня земли. Чеченские повстанцы справлялись с этим, выбирая позицию с фланга, тыла или сверху от танка.
  • ·        Легкобронированная техника, такая как БМП, пробивается со всех проекций. Бой в городе, как правило, ведется накоротке, и большинство выстрелов из ручного и носимого оружия делается с дистанции 100 метров и менее. Бронетехника, неспособная выдержать попадания кумулятивных гранат, не подходит для городского боя, и нуждается в оснащении блоками динамической защиты. Выживаемость бронетехники в первую очередь зависит от бронезащиты, а не мобильности. Поэтому в ближайшем будущем бой в городе смогут вести только основные боевые танки, и платформы сходного бронирования.
  • ·        Выживаемость танка в городском бою обеспечивается в случае, если вражеская пехота может обстреливать бронетехнику только в наиболее защищенные проекции. Танки стремятся встречать вражеский огонь лобовой броней, предпочтительно с уровня земли. 98% опасных попаданий по российским танкам прошлось на участки, неприкрытые блоками динамической защиты. Российской пехоте не удалось обеспечить охранение от маневрирующих на фланги и тыл танков чеченских истребительных групп.

Во время маневров в JRTC одной из самых серьезных проблем для атакующего является налаживание взаимодействия между пехотой и бронетехникой. За исключением Кэмп Кэлси на Корейском полуострове, легкие и механизированные войска нигде более не размещаются на одной базе, и не подчиняются одной дивизии. В результате, роты и батальоны ротационной бригады состоят из подразделений, которые встретились друг с другом в первый раз на этапе предварительного планирования, то есть за три–шесть месяцев перед началом ротации. Обычно они успевают обговорить всего несколько стандартных процедур. Хуже того, у подразделений нет возможности отработать совместные действия. Часто случается так, что пехота или танки остаются стоять без дела, пока где-нибудь неподалеку их партнеры находятся под огнем и гибнут. Из-за тенденции на централизованное управление тяжелая ротная группа шныряет повсюду самостоятельно, а пехотные батальоны ведут бой без поддержки танков. Это крайне неэффективный способ вести городской бой.

В условиях городского боя танки являются самой живучей платформой для ведения огня точного огня на уничтожение. Артиллерия наносит неприемлемый сопутствующий ущерб, потому на практике ее огонь часто очень ограничен. Вертолеты эффективны, но чрезвычайно уязвимы для кинжального огня, могут столкнуться с трудностями различая своих от врагов, и почти неспособны атаковать нижние этажи в зонах высотной застройки. В результате этого, даже пара наших танков, при адекватной поддержке пехоты, могут контролировать целый район. Децентрализация необходима. Чтобы достичь ее, необходимо объединять и синхронизировать танки и пехоту на наинизшем возможном уровне.

 

Связь

                Чем лучше организована связь, тем эффективнее тяжелые и легкие войска будут взаимодействовать на поле боя. Один из способов улучшить понимание – «шпаргалка». На одной стороне шпаргалки должна быть небольшая карта местности, с пронумерованными зданиями и кодовыми именами конкретных объектов, а также планируемые огневые позиции, цели и прицельные ориентиры. На обратной стороне должна быть таблица, связывающая объекты с назначенными туда пехотными взводами или ротами, их позывными и радиочастотами, на которых они оперируют. Наконец, танки и пехотинцы должны быть помечены легко заметным способом, чтобы и тяжелые, и легкие войска быстро разбирались, кто есть кто.

                Каждый танк должен иметь назначенную частоту, маркировку, и выделенную ему огневую позицию (позиции). Здания нужно помечать так, чтобы это помогало достичь взаимодействия. Стандартные процедуры некоторых подразделений требуют, чтобы каждое окно и каждая комната были помечены после зачистки. Это великолепная идея, но к сожалению, редко осуществимая в жизни. Более реалистичным будет требование помечать каждую точку проникновения в здание и каждый зачищенный этаж – такое вполне достижимо даже в неразберихе боя. Каждая рота должна использовать для нанесения меток свой особый цвет, чтобы танки по цвету могли определить, какая рота зачистила здание, и какие частоты нужно использовать, чтобы установить с ней контакт и получить целеуказание.

                Таким же образом нужно пометить и дружественные танки, чтобы взводный командир мог увидеть танк и понять, с кем именно он говорит по радио. В темноте не видно надписей на бампере. Хемолюминесцентные лампы и вымпелы подходят лучше. Каждый танковый взвод должен иметь свой собственный цвет; каждый танк должен быть помечен своим количеством хемо-ламп или флажков.

/чатек

Apr. 8th, 2017 09:26 pm
t_bone: (Default)


XXX: то есть мне как-то совсем не гуд
XXX: я даже не буду жаловаться, что Эд выглядит на тридцатник
YYY: he had a hard life
XXX: а Альфонс на куклу похож
YYY: he had a hard life too
YYY: everyone had a hard life
YYY: they have a fucking stalin in charge
YYY: bruckwa and trudodni don't make you look any younger you know

XXX: hey, he's an SS-sturmbannfuhrer after all!
YYY: which means he gets more bruckwa a day probably
t_bone: (Default)
Эсминец флота США "Портер" еще долго не будет рисовать в виде камнусу. Потому что необходимости нет. Командир корабля выглядит вот так:


CDR Andria Slough was commissioned in 1998 from the U.S. Naval Academy with a Bachelor of Science degree in Ocean Engineering. At sea, CDR Slough served as Combat Information Center Officer, and later Auxiliaries and Electrical Officer in USS O'BRIEN (DD 975); commissioning Fire Control Officer in USS BULKELEY (DDG 84); Weapons Officer in USS THE SULLIVANS (DDG 68); Executive Officer and Commanding Officer in USS DEFENDER (MCM 2) and as Executive Officer in USS PORTER (DDG 78).
Ashore, CDR Slough served at the Aegis Training and Readiness Center in Dahlgren, VA, as a technical instructor for Prospective Commanding Officers and Executive Officers, participated in the initial Aegis Ballistic Missile Defense capability development and headed the LCS/DD(X) Task Force; forward-deployed to the U.S. Central Command Headquarters in Doha, Qatar, supporting the Friendly Forces Coalition Coordination Center as a Naval Operations Officer; and as the Deputy Director for Joint Maritime Ballistic Missile Defense Operations and Training while assigned to the Missile Defense Agency's Aegis Ballistic Missile Defense Program Office.
CDR Slough's additional education includes a Master of Arts Degree in Public Policy and Administration, Concentration in Security and Intelligence Studies, from the University of Pittsburgh and qualification as a Joint Service Officer. Her personal awards include the Defense Meritorious Service Medal, the Meritorious Service Medal, Pacific Fleet Shiphandler of the Year and the VADM John D. Bulkeley Leadership Award.



Тем временем, израильтяне показали как выглядит авиабаза Шайрат после бомбардировки.



Еще три фото... )


Какой урок мы можем из этого извлечь?
1. КР для поражения стратегически важных целей применяются массировано. Этим во-первых, гарантируется прорыв местного ПВО, во-вторых, обеспечивается полное уничтожение инфраструктуры. Что мы можем в данном случае наглядно наблюдать - база полностью непригодна для дальнейшего использования.
Хотя да, ВПП и рулежки не повреждены. Мудрые люди не пускают крылатые ракеты стоимостью в миллионы, чтобы сделать дырку в бетоне, которую инженер Абдул с заделает за два дня.

2. Тяжелые комплексы ПВО, скорее всего, залп КР прощелкают. В случае сколько-нибудь обширного ТВД все возможные пути подлета засадами тоже не перекрыть. Приданное (объектное) ПВО с массированным залпом справится не в состоянии, даже в случае его полной боеготовности.
Поэтому Шайрат - это та картинка, которую надо удерживать в голове каждому командиру, который противостоит противнику, обладающему ракетным арсеналом. Нельзя полагаться только на зенитные средства.

Статья Дейла Эйкмейера про базовые принципы противовоздушной обороны для полевых командиров здесь:
https://t-bone.dreamwidth.org/70402.html - часть 1.
https://t-bone.dreamwidth.org/70885.html - часть 2.

Profile

t_bone: (Default)
T-Bone

May 2017

S M T W T F S
  1 2 3 4 56
7891011 12 13
1415 1617181920
21222324252627
28293031   

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 12:36 am
Powered by Dreamwidth Studios