![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Другое литературное, 2/?
Свеженькая, с пылу с жару, вторая глава про капелланскую артиллеристку. Хорошо идет (квази)литературный процесс! Шишки поровну нам с ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
tomoboshi
Первая часть здесь:
http://tomoboshi.livejournal.com/443001.html
http://tomoboshi.livejournal.com/443288.html
-----------
Пожарное управление
Дангхунг
Каприкорн III
Коммуна Капеллы
Капелланская Конфедерация
2 июля 3068, 3:38
…Елена резко вскинула голову, пытаясь сообразить, где она. Оглядела полутемное помещение. Небольшая комнатка казенного вида, под потолком вполнакала теплится лампочка, за маленьким окошком глубокая ночь... Из мебели только стол и раскладушка.
Чжоу лежала на этой самой раскладушке, укрытая армейским пончо.
Жива? В плену? Она ощупала себя – все было на месте, и вообще для человека на которого (как кажется – только что) наехал военный ховер, она ощущала себя очень здорово. Голова ноет, как после дрянной водки, но в сравнении с ховером это мелочи.
Конечно, форма носила следы бурной ночи, но ни копоти, ни следов крови на ней видно не было. Девушка потерла виски. Сон? Надо признать, что для ночного наваждения события были пугающе четкими и логичными.
Ее часы показывали 3:40. Видимо, утра.
Ладно, сейчас разберемся. Она спустила ноги с раскладушки и поплелась к двери.
Распахнув дверь, она поняла, где находится: пожарное управление Дангхунга. В котором она была чуть меньше суток назад. Ну, наверно.
Поверх таблички «комендант пожарной охраны» была прикноплена новая, написанная от руки – «Сао-шао Вэйшенг». Еще ниже кто-то карандашом дописал: «Оставь надежду всяк сюда приходящий».
Выходит, ночевала у старика? Все интереснее.
Пройдя небольшой коридор, Чжоу оказалась в том самом развернутом пехотинцами полевом лазарете. Темный лазарет был пуст, за исключением дежурного, кемарящего у конторки под настольной лампой. Пуст?! Да быть не может. В голове закопошились какие-то совсем неприятные мысли.
Услышав шаги, дежурный подскочил:
– Доброе утро, санг-вей.
– Эмм… – Елена неопределенно махнула рукой, – попить есть чего-нибудь?
Дежурный пошарил в конторке и вытащил термос.
Девушка чуть подрагивающими руками налила себе полкрышки, в термосе оказался зеленый чай. Ох уж мне этот чаек… она невольно вспомнила старикашку из деревни.
– Спасибо, – Чжоу вернула термос, – а время не подскажешь?
Солдат посмотрел на часы:
– 3:47, я их сверял в полночь, санг-вей.
– Гмм… – Чжоу попыталась сформулировать мысль как можно менее позорным образом, но потом сдалась и буркнула:
– А дата?
Дежурный хмыкнул, но ответил по сути:
– 2 июля.
Чжоу уставилась на него, закусив губу.
– Шестьдесят восьмого года, – на всякий случай уточнил солдат.
– Гм. Да. Хорошо, - в голове у Елены творился сущий сумбур. Неужели действительно кошмар?
Она снова вспомнила злополучное чаепитие со старикашкой. Это меня после него так торкнуло?
Елена услышала хриплый смех – и, оглядевшись, увидела Вэйшенга. Тот стоял неподалеку и, видимо, еле сдерживался от того, чтобы не расхохотаться в голос. Интересно, старик слышал весь диалог?
– Доброе утро санг-вей, – сказал он, справившись с собой, – пойдемте в штаб, у меня есть приличный кофе.
Следуя за ним, Елена пыталась уложить в голове происходящее. Выходило так себе. Вот и знакомый конференц-зал с огромным столом. Карта, рации, телефоны, все как в прошлый раз.
Вэйшенг поставил кофейник на горелку, совершенно не пытаясь стереть ухмылку с лица.
– Санг-вей, ввиду того, как вы допрашивали моего солдата, какой сейчас год, рискну предположить, что где вы находитесь и как сюда попали вы тоже не очень в курсе?
Елена потупилась, чувствуя, что краснеет.
– Видимо я прав, – Вэйшенг сел на краешек огромного стола, – что ж, я просвещу вас. Вы пришли к моим часовым, в прямо скажем, невменяемом состоянии, и завалились спать чуть ли не на бруствер КПП. Я решил, расположить вас у себя в кабинете. Здоровье, знаете ли, не бесконечное.
Он прервался, чтобы разлить кофе по чашкам, а затем продолжил:
– Можете быть спокойны, этот эпизод не выйдет за пределы моей части – в гарнизонах случается всякое. Но если бы вы забрели в расположение танкистов в таком состоянии… – Вэйшенг сделал паузу – я в курсе вашего конфликта с Фэнгом. Одним словом, лучше завязывайте с местной водкой, она и правда дрянная.
Елена рассеяно кивала – уши все еще горят. Остается лишь надеяться, что полумрак это скроет.
– Впрочем, офицер должен уметь принимать верные решения даже в состоянии самого жестокого похмелья, – сао-шао замолчал, видимо охваченный какими-то воспоминаниями, - А обсудить нам есть что. Вы, надеюсь, в курсе обстановки?
– Ударный батальон федералов? – вырвалось у Елены, прежде чем она сообразила, что это было во сне.
Старик кивнул:
– Смешанный, скорее всего. Основной удар они наносят восточнее, но и нам достанется, не сомневайтесь.
Елену будто ударило током при этих словах. Происходящее воспроизводило сюжет уже пережитого ею кошмара с фатальной неотвратимостью. Целая батальонная группа федералов на нашу голову, как и было во сне… Стоп, а может быть, я сплю и сейчас? Став вполоборота к Вэйшенгу девушка ущипнула себя за предплечье. Больно, ч-ч-черт. Feh Feh Pi Goh, как мне проверить-то, сплю я или нет?!
Если старик и замечал странное поведение артиллеристки, то не подавал виду. В полутьме кабинета он склонился над картой Дангхунга, чтобы оценить местность и разместить своих людей наилучшим образом. Оборонительная линия, которую чертил Вэйшенг, выходила пугающе похожей на ту, которую в воображении Чжоу уже намотали на гусеницы танки.
Девушку затрясло от неприятных мыслей: она понимала, что правильного решения нет. Двести человек с пехотным оружием никак не смогут остановить танковую колонну. Как ни крути, сейчас повторится то же самое.
Хм… Елена оперлась обеими руками на стол, из-под кепи на лоб стекали тяжелые капли пота. Думай, девочка, думай. Ты ведь не зря протирала юбку в академии. В моем сне вражеский комбат использовал свои танки как таран, сходу прорвал оборону на окраинах и навязал защитникам свой темп боя. Скорость колонны не позволила противотанкистам Вэйшенга вовремя уходить из-под обстрела, а мои рубежи заградительного огня оказались бесполезными. Похоже это на федералов? Вполне… вполне может быть… у них полно уверенных и агрессивных командиров среднего звена на границе.
А что если мы не дадим ему разогнаться? Девушка бессознательно потянулась за маркером, зубами стащила колпачок, как привыкла делать еще будучи кадетом. Чжоу ухватилась за спасительную идею, медленно превращая ее в готовый план, пока ее взгляд скользил туда-сюда по карте. С противоположной стороны стола за ней молчаливо наблюдал Вэйшенг.
– Есть! Ха, хрен тебе, а не блицкриг! – Елена обвела извилистый поворот вдоль границы леса, который делало шоссе М38 на пути к Дангхунгу. Отсюда до города оставалось около полутора километров совершенно ровной местности, и сам поворот хорошо просматривался из города. Девушка с торжествующим видом вскинула голову, и мгновенно смутилась, встретившись глазами с Вэйшенгом. В глазах старика светились веселые искры:
– Похоже, у вас возникла идея, санг-вей. С нетерпением жду подробностей.
– Именно, сао-шао. Кажется, я нашла способ сделать мишени из этих чертовых танков, – Чжоу полезла в нагрудный карман за записной книжкой и принялась лихорадочно листать шуршащие страницы. Ну же, я точно-преточно помню, что они у нас были… Да, так и есть. Среди длинного списка имущества, загруженного в ротный тыл, значились четыре тонны «тандеров» – РДД-носителей противотанковых мин. Маловато, но и те остались только потому, что для учебных стрельб мы их почти не использовали.
– Мои РСЗО РДД поставят противотанковые мины здесь, после поворота, – Елена поставила значок минного поля поперек шоссе М38, радуясь тому, как нужные слова сами слетают с языка.
– Заграждение не даст броне федералов сходу прорваться в город. Мой корректировщик будет… вот здесь, на водонапорной башне. А еще я поставлю весь взвод бронепехоты с лазерными целеуказателями в засаду у минного поля. Колонна федералов встанет здесь, хотя бы на пару минут, – Девушка выпрямилась, уверенно улыбнувшись Вэйшенгу. – И это даст моей роте прекрасную стационарную цель. Мы будем стрелять, пока краска со стволов не слезет.
Сао-шао хмыкнул.
– Толково, но федералам понадобится не так уж много времени, чтобы сообразить что происходит. Колонна откатится назад…
– Но тогда им придется оставить подбитые машины! – Елена почти кричала в возбуждении. В ней росла уверенность, что план сработает как нужно. – Под огнем они не смогут оттащить поврежденную технику, да и саперы не смогут работать на минном поле, пока им на головы будут сыпаться РДД. Слева будет лес, справа болото, их маневр будет ограничен. Черт, да они потеряют половину танков, прежде чем найдут обходной путь! И даже если они смогут пройти в Дангхунг, там их встретят ваши парни. Только нужно перенести первую линию обороны глубже в город, чтобы танки не могли обстреливать ее издалека.
– Вам-то легко говорить, санг-вей, – Вэйшенг полез в карман за портсигаром. – Ближний бой с танками не самое приятное занятие. Очень нервирует.
Чжоу пожала плечами с максимально бесстрастным видом.
– К тому времени я превращу большую часть их машин в металлолом. Даже если федералы не посчитают за благо отступить, и какая-то крупная группа недобитков сможет закрепиться в городе, мы позже уничтожим их контратакой. У меня полтора лэнса ракетных самоходок, которые войдут в город, как только закончится артиллерийский бой.
Они замолчали на пару минут. Вэйшенг разминал в руках сигарету, молчаливо обдумывая предложение.
– Кстати, у вас есть информация о танковой роте Фэнга? - спросила Чжоу, уже подозревая, каким будет ответ.
– Санг-вей Фэнг… увел роту на юг пару часов назад, о чем уведомил меня письменно, – Вэйшенг закурил.
«Ему бы писателем быть», – подумала девушка, уже перестав удивляться.
– Надо заставить его вернуться, – она нахмурилась. – Чтобы победить, нам нужна его кавалерия.
– Я уже говорил с ним. Если есть желание, можете попробовать повлиять на него самостоятельно, – Вэйшенг указал сигаретой на рацию, – практика, впрочем, показывает, что если человек мудак, то это надолго.
Чжоу рассеяно кивнула. Других вариантов все равно не было.
Санг-вей Лиан Фэнг. Командир бронетанковой роты, около 30 лет. Нагл и агрессивен – во всяком случае, в быту. В бою… что ж, в бою, видимо, все не так однозначно. Хотя он и не похож на человека с богатым боевым опытом. Ладно, попробуем.
Танкист ответил почти сразу. По шуму на заднем плане Елена предположила, что он на марше.
– Сао-шао, при всем уважении… - начал Фэнг.
– Не совсем. Это Чжоу, – прервала девушка.
Даже за шумом двигателя было слышно, как Фэнг тяжело засопел.
– Мне с вами разговаривать не о чем. У меня есть приказ…
– Ради бога, Фэнг, заткнитесь и послушайте. И не вздумайте отключаться. Все ваши приказы можно засунуть в задницу, начиная с этой ночи. И вы это отлично знаете. А сейчас вы оставляете позицию перед лицом врага.
– Сучка! Да ты совсем зарвалась, – прорычал танкист.
Так спокойно, продолжаем.
– И я, и сао-шао Вэйшенг сможем подтвердить это перед трибуналом. А рассчитывать на нашу гибель несколько самонадеянно, не находите?
«Ну как, самонадеянно», – подумала Елена, вспоминая сон. Некоторое здравое зерно тут есть, пожалуй. Но Фэнгу знать об этом не обязательно.
–Угрожаете?
– Всего лишь призываю выполнить ваш долг офицера Поднебесной и занять позицию в Дангхунге. Вместе с нами.
– Слишком много на себя берешь, Чжоу. Ты что, действительно думаешь, что сможешь запустить обвинение против другого офицера? Не верю.
– Я? И в мыслях не было. А вот позволь поинтересоваться, у тебя сколько оперативников Маскировки среди подчиненных?
Фэнг засопел.
– Черт тебя дери, Чжоу. Я разворачиваюсь. Передай старику, что я жду от него письменный приказ.
На этом связь прервалась.
– Не так уж плохо. Фэнг всегда заботился о чистоте своего послужного списка, – Вэйшенг закурил новую сигарету, – А вам, смотрю, лучше не переходить дорогу.
– Просто я очень хочу дожить до заката. Ладно, мне пора готовится к банкету. Я буду в роте, если что.
Старик кивнул:
– Да, у меня тоже полно дел. Доброй охоты, мей-мей.
Опушка леса у шоссе М38, полтора километра к северу от Дангхунга
Каприкорн III
Коммуна Капеллы
Капелланская Конфедерация
2 июля 3068, 6:43
Дымовая шашка звякнула об асфальт, и после хлопка выплюнула струю оранжевого дыма. Заключенный в боевую броню Норман Ли развернулся и зашагал обратно к своему взводу, укрытому глубже в лесу. Радиопередатчик слегка шипел, воспроизводя переговоры на командном канале роты.
– Это Красный охотник, маркер на месте. Отхожу на безопасную дистанцию, прием.
– Принято, Красный охотник. Куница, подтвердите положение маркера, прием.
– Ясно вижу дым на шоссе в ста метрах от поворота. В готовности, прием.
Далеко справа виднелась водонапорная вышка, едва различимая через густой подлесок. Сейчас на ней расположилась Куница, ротная группа корректировщиков. Если что-то пойдет не так, и федералы заглушат каналы передачи данных целеуказателей – санг-вей Чжоу настойчиво подчеркивала такую возможность на брифинге – то огонь по федералам будет корректироваться визуально. А еще эти парни будут единственными, кто сможет помочь моему взводу, когда станет жарко, мрачно подумал Норман.
– Принято, Куница. Начинайте. Стрелы с первой по четвертую, полная готовность. Везувий-главный, отбой.
– Стрела-1, я Куница. Огневая задача. Направление семь-два-ноль, дистанция шестнадцать сотен. Одна трубка, дымовой. Прием.
– Принято. Выстрел, вспышка через 15 секунд.
Одиночная РДД шлепнулась в грязь по другую сторону шоссе, пометив точку своего приземления клубом белесого дыма. Будь это полный залп, ракеты бы ушли в молоко. Большая удача, что у нас есть время на пристрелку.
– Правее два-ноль, дальше сто. Прием.
– Правее два-ноль, дальше сто. Выстрел.
На этот раз ракета упала посередине дороги, листва пошатнулась от ударной волны.
– На линии, ближе пятьдесят. Прием.
Санг-вей Чжоу вклинилась прежде, чем Харрисон успела отозваться:
– Отставить, Стрела-1. Хватит развлекаться, точность приемлемая. Отметьте базовой точкой сектора. Всем Стрелам, ставьте минное поле по указанным координатам. Выпускайте все «тандеры», прием.
– Принято. Всем дружественным подразделениям, полный залп установок через 10. Держите штаны и кепки.
Далеко на юг, по другую сторону Дангхунга, в небо взмыли огненные черточки стартующих РДД. Спустя десяток секунд до позиций бронепехотинцев донесся раскатистый гул, смешанный с низкочастотным воем – ужасающая симфония залпа РСЗО. Обычно последним аккордом был грохот разрывов, накрывших цель. В этот раз РДД раскрывались высоко над головой с неслышным хлопком пиропатронов, из каждой ракеты сыпались пластиковые диски размером с консервную банку – противотанковые мины. Диски густо усеяли шоссе и кюветы, но по мере удаления от дороги их число падало, на удалении пятидесяти метров едва ли можно было собрать сотню, а на ста – десяток. Стрелы перезарядились, перенесли прицел немного ближе и сделали второй залп оставшимися «тандерами», добавляя глубины минному заграждению.
За свою карьеру Ли устраивал и попадал в десятки засад, твердо усвоив главное правило для успеха – внезапность. Его бронепехотный взвод расположился в густых зарослях у переднего края минного поля, пятнистые серо-зеленые «Фа-Шихи» прекрасно сливались с листвой. Впереди стояла редкая цепочка из шести бронепехотинцев, несущих лазерные целеуказатели вместо основного вооружения. В двадцати шагах за ними располагался остальной десяток, вооруженный пулеметами и лазерами вперемежку. Бронепехотинцы застыли без движения, приглушив движки «Фа-Шихов» до минимума, чтобы не светится на сенсорах. Радиосвязь отключили. Каждый солдат ожидал появления противника в тишине и одиночестве, запертый в тесный кокпит собственной боевой брони.
Первым в колонне катил окрашенный в оливково-зеленый цвет «Аякс», новейший 90-тонный омни-танк федералов. Башенные люки открыты, командир высунулся по плечи и без интереса рассматривал придорожные заросли. Машина шла на полной скорости, траки шуршали по асфальту, стирая верхний слой в мелкую крошку. Позади борт к борту катила тройка «Мантойфелей», очевидно из того же лэнса. Ли напряг мускулы и слегка наклонился вперед, считая последние оставшиеся секунды до вступления в бой.
Под гусеницей «Аякса» разорвалась мина. Направленная вверх кумулятивная струя перебила трак, кусок ребристой стали с визгом отлетел в кусты. «Аякс» занесло вправо, мины стали одна за другой рваться под ним, посылая кумулятивные струи сквозь самое уязвимое место в бронированной шкуре танка – днище. Двигатель заглох, «Аякс» замер на месте. Мехвод идущего следом «Мантойфеля» среагировал вовремя и направил танк резко вправо в кювет. Это предотвратило столкновение, но не спасло от мин, ни его, ни оставшиеся два танка передового лэнса.
Не теряя ни секунды, двое наводчиков подсветили подбитые машины лазерами СУЦ, еще четверо занялись следующим лэнсом. Радиоканал заполнился сообщениями о захвате цели и подтверждениями от артиллерии. «Лонг Томы» с грохотом выпустили первый залп, РСЗО разряжали кассеты, а федералы все еще не могли понять, что происходит. Один из подбитых «Мантойфелей» передового лэнса развернул башню и прочесал зеленку из роторной пушки. Болванки рвали кроны деревьев значительно выше «Фа-Шихов».
Обрушившийся артиллерийский удар в один миг превратил шоссе в горящий ад. Четыре крупнокалиберных снаряда «Лонг Томов» упали на передовой лэнс, от их разрыва зашаталась земля. «Аякс» получил прямое попадание в борт, башня съехала на бок и завалилась вниз. Танк запылал. «Мантойфели» тряслись и скрипели. Крупные осколки срывали все внешнее оборудование, оставляя голый почерневший металл. Чуть дальше по дороге залп РДД накрыл следующий лэнс, с десяток ракет проломили крышу «Паттона» и разорвались внутри. Боеприпасы танка рванули, послав многотонную башню на десяток метров в воздух.
Норман прицелился и выстрелил из малого лазера в корму подбитого «Мантойфеля». Луч пробил броню и наверняка повредил несколько радиаторов, поскольку из пробоины потекла ядовито-зеленая жидкость – если повезло, то задет охладительный контур реактора. Люки распахнулись, наружу полезли танкисты в почерневших от дыма комбинезонах. Норман поднял левую руку и выстрелил длинной очередью из встроенного автомата. Он не был жесток, но щадить захватчиков не собирался.
Яростная перестрелка все разгоралась. Обогнув подбитый «Паттон», второй лэнс свернул вправо и попытался объехать горящие остовы своих предшественников, но тоже угодил на минное поле. Артиллерия стреляла с бешеным темпом, обрушивая залп за залпом на подходящие танки. Второй лэнс был полностью уничтожен сосредоточенным огнем через минуту после первого, пока «Фа-Шихи» расстреливали подбитые «Мантойфели». Деревья дрожали от ударных волн, кругом визжала шрапнель. Уже несколько раз крупные осколки врезались в бронекостюм Нормана, один, особенно неприятный, угодил в визор шлема. По стеклу пошли трещины.
tomoboshiПервая часть здесь:
http://tomoboshi.livejournal.com/443001.html
http://tomoboshi.livejournal.com/443288.html
-----------
Пожарное управление
Дангхунг
Каприкорн III
Коммуна Капеллы
Капелланская Конфедерация
2 июля 3068, 3:38
…Елена резко вскинула голову, пытаясь сообразить, где она. Оглядела полутемное помещение. Небольшая комнатка казенного вида, под потолком вполнакала теплится лампочка, за маленьким окошком глубокая ночь... Из мебели только стол и раскладушка.
Чжоу лежала на этой самой раскладушке, укрытая армейским пончо.
Жива? В плену? Она ощупала себя – все было на месте, и вообще для человека на которого (как кажется – только что) наехал военный ховер, она ощущала себя очень здорово. Голова ноет, как после дрянной водки, но в сравнении с ховером это мелочи.
Конечно, форма носила следы бурной ночи, но ни копоти, ни следов крови на ней видно не было. Девушка потерла виски. Сон? Надо признать, что для ночного наваждения события были пугающе четкими и логичными.
Ее часы показывали 3:40. Видимо, утра.
Ладно, сейчас разберемся. Она спустила ноги с раскладушки и поплелась к двери.
Распахнув дверь, она поняла, где находится: пожарное управление Дангхунга. В котором она была чуть меньше суток назад. Ну, наверно.
Поверх таблички «комендант пожарной охраны» была прикноплена новая, написанная от руки – «Сао-шао Вэйшенг». Еще ниже кто-то карандашом дописал: «Оставь надежду всяк сюда приходящий».
Выходит, ночевала у старика? Все интереснее.
Пройдя небольшой коридор, Чжоу оказалась в том самом развернутом пехотинцами полевом лазарете. Темный лазарет был пуст, за исключением дежурного, кемарящего у конторки под настольной лампой. Пуст?! Да быть не может. В голове закопошились какие-то совсем неприятные мысли.
Услышав шаги, дежурный подскочил:
– Доброе утро, санг-вей.
– Эмм… – Елена неопределенно махнула рукой, – попить есть чего-нибудь?
Дежурный пошарил в конторке и вытащил термос.
Девушка чуть подрагивающими руками налила себе полкрышки, в термосе оказался зеленый чай. Ох уж мне этот чаек… она невольно вспомнила старикашку из деревни.
– Спасибо, – Чжоу вернула термос, – а время не подскажешь?
Солдат посмотрел на часы:
– 3:47, я их сверял в полночь, санг-вей.
– Гмм… – Чжоу попыталась сформулировать мысль как можно менее позорным образом, но потом сдалась и буркнула:
– А дата?
Дежурный хмыкнул, но ответил по сути:
– 2 июля.
Чжоу уставилась на него, закусив губу.
– Шестьдесят восьмого года, – на всякий случай уточнил солдат.
– Гм. Да. Хорошо, - в голове у Елены творился сущий сумбур. Неужели действительно кошмар?
Она снова вспомнила злополучное чаепитие со старикашкой. Это меня после него так торкнуло?
Елена услышала хриплый смех – и, оглядевшись, увидела Вэйшенга. Тот стоял неподалеку и, видимо, еле сдерживался от того, чтобы не расхохотаться в голос. Интересно, старик слышал весь диалог?
– Доброе утро санг-вей, – сказал он, справившись с собой, – пойдемте в штаб, у меня есть приличный кофе.
Следуя за ним, Елена пыталась уложить в голове происходящее. Выходило так себе. Вот и знакомый конференц-зал с огромным столом. Карта, рации, телефоны, все как в прошлый раз.
Вэйшенг поставил кофейник на горелку, совершенно не пытаясь стереть ухмылку с лица.
– Санг-вей, ввиду того, как вы допрашивали моего солдата, какой сейчас год, рискну предположить, что где вы находитесь и как сюда попали вы тоже не очень в курсе?
Елена потупилась, чувствуя, что краснеет.
– Видимо я прав, – Вэйшенг сел на краешек огромного стола, – что ж, я просвещу вас. Вы пришли к моим часовым, в прямо скажем, невменяемом состоянии, и завалились спать чуть ли не на бруствер КПП. Я решил, расположить вас у себя в кабинете. Здоровье, знаете ли, не бесконечное.
Он прервался, чтобы разлить кофе по чашкам, а затем продолжил:
– Можете быть спокойны, этот эпизод не выйдет за пределы моей части – в гарнизонах случается всякое. Но если бы вы забрели в расположение танкистов в таком состоянии… – Вэйшенг сделал паузу – я в курсе вашего конфликта с Фэнгом. Одним словом, лучше завязывайте с местной водкой, она и правда дрянная.
Елена рассеяно кивала – уши все еще горят. Остается лишь надеяться, что полумрак это скроет.
– Впрочем, офицер должен уметь принимать верные решения даже в состоянии самого жестокого похмелья, – сао-шао замолчал, видимо охваченный какими-то воспоминаниями, - А обсудить нам есть что. Вы, надеюсь, в курсе обстановки?
– Ударный батальон федералов? – вырвалось у Елены, прежде чем она сообразила, что это было во сне.
Старик кивнул:
– Смешанный, скорее всего. Основной удар они наносят восточнее, но и нам достанется, не сомневайтесь.
Елену будто ударило током при этих словах. Происходящее воспроизводило сюжет уже пережитого ею кошмара с фатальной неотвратимостью. Целая батальонная группа федералов на нашу голову, как и было во сне… Стоп, а может быть, я сплю и сейчас? Став вполоборота к Вэйшенгу девушка ущипнула себя за предплечье. Больно, ч-ч-черт. Feh Feh Pi Goh, как мне проверить-то, сплю я или нет?!
Если старик и замечал странное поведение артиллеристки, то не подавал виду. В полутьме кабинета он склонился над картой Дангхунга, чтобы оценить местность и разместить своих людей наилучшим образом. Оборонительная линия, которую чертил Вэйшенг, выходила пугающе похожей на ту, которую в воображении Чжоу уже намотали на гусеницы танки.
Девушку затрясло от неприятных мыслей: она понимала, что правильного решения нет. Двести человек с пехотным оружием никак не смогут остановить танковую колонну. Как ни крути, сейчас повторится то же самое.
Хм… Елена оперлась обеими руками на стол, из-под кепи на лоб стекали тяжелые капли пота. Думай, девочка, думай. Ты ведь не зря протирала юбку в академии. В моем сне вражеский комбат использовал свои танки как таран, сходу прорвал оборону на окраинах и навязал защитникам свой темп боя. Скорость колонны не позволила противотанкистам Вэйшенга вовремя уходить из-под обстрела, а мои рубежи заградительного огня оказались бесполезными. Похоже это на федералов? Вполне… вполне может быть… у них полно уверенных и агрессивных командиров среднего звена на границе.
А что если мы не дадим ему разогнаться? Девушка бессознательно потянулась за маркером, зубами стащила колпачок, как привыкла делать еще будучи кадетом. Чжоу ухватилась за спасительную идею, медленно превращая ее в готовый план, пока ее взгляд скользил туда-сюда по карте. С противоположной стороны стола за ней молчаливо наблюдал Вэйшенг.
– Есть! Ха, хрен тебе, а не блицкриг! – Елена обвела извилистый поворот вдоль границы леса, который делало шоссе М38 на пути к Дангхунгу. Отсюда до города оставалось около полутора километров совершенно ровной местности, и сам поворот хорошо просматривался из города. Девушка с торжествующим видом вскинула голову, и мгновенно смутилась, встретившись глазами с Вэйшенгом. В глазах старика светились веселые искры:
– Похоже, у вас возникла идея, санг-вей. С нетерпением жду подробностей.
– Именно, сао-шао. Кажется, я нашла способ сделать мишени из этих чертовых танков, – Чжоу полезла в нагрудный карман за записной книжкой и принялась лихорадочно листать шуршащие страницы. Ну же, я точно-преточно помню, что они у нас были… Да, так и есть. Среди длинного списка имущества, загруженного в ротный тыл, значились четыре тонны «тандеров» – РДД-носителей противотанковых мин. Маловато, но и те остались только потому, что для учебных стрельб мы их почти не использовали.
– Мои РСЗО РДД поставят противотанковые мины здесь, после поворота, – Елена поставила значок минного поля поперек шоссе М38, радуясь тому, как нужные слова сами слетают с языка.
– Заграждение не даст броне федералов сходу прорваться в город. Мой корректировщик будет… вот здесь, на водонапорной башне. А еще я поставлю весь взвод бронепехоты с лазерными целеуказателями в засаду у минного поля. Колонна федералов встанет здесь, хотя бы на пару минут, – Девушка выпрямилась, уверенно улыбнувшись Вэйшенгу. – И это даст моей роте прекрасную стационарную цель. Мы будем стрелять, пока краска со стволов не слезет.
Сао-шао хмыкнул.
– Толково, но федералам понадобится не так уж много времени, чтобы сообразить что происходит. Колонна откатится назад…
– Но тогда им придется оставить подбитые машины! – Елена почти кричала в возбуждении. В ней росла уверенность, что план сработает как нужно. – Под огнем они не смогут оттащить поврежденную технику, да и саперы не смогут работать на минном поле, пока им на головы будут сыпаться РДД. Слева будет лес, справа болото, их маневр будет ограничен. Черт, да они потеряют половину танков, прежде чем найдут обходной путь! И даже если они смогут пройти в Дангхунг, там их встретят ваши парни. Только нужно перенести первую линию обороны глубже в город, чтобы танки не могли обстреливать ее издалека.
– Вам-то легко говорить, санг-вей, – Вэйшенг полез в карман за портсигаром. – Ближний бой с танками не самое приятное занятие. Очень нервирует.
Чжоу пожала плечами с максимально бесстрастным видом.
– К тому времени я превращу большую часть их машин в металлолом. Даже если федералы не посчитают за благо отступить, и какая-то крупная группа недобитков сможет закрепиться в городе, мы позже уничтожим их контратакой. У меня полтора лэнса ракетных самоходок, которые войдут в город, как только закончится артиллерийский бой.
Они замолчали на пару минут. Вэйшенг разминал в руках сигарету, молчаливо обдумывая предложение.
– Кстати, у вас есть информация о танковой роте Фэнга? - спросила Чжоу, уже подозревая, каким будет ответ.
– Санг-вей Фэнг… увел роту на юг пару часов назад, о чем уведомил меня письменно, – Вэйшенг закурил.
«Ему бы писателем быть», – подумала девушка, уже перестав удивляться.
– Надо заставить его вернуться, – она нахмурилась. – Чтобы победить, нам нужна его кавалерия.
– Я уже говорил с ним. Если есть желание, можете попробовать повлиять на него самостоятельно, – Вэйшенг указал сигаретой на рацию, – практика, впрочем, показывает, что если человек мудак, то это надолго.
Чжоу рассеяно кивнула. Других вариантов все равно не было.
Санг-вей Лиан Фэнг. Командир бронетанковой роты, около 30 лет. Нагл и агрессивен – во всяком случае, в быту. В бою… что ж, в бою, видимо, все не так однозначно. Хотя он и не похож на человека с богатым боевым опытом. Ладно, попробуем.
Танкист ответил почти сразу. По шуму на заднем плане Елена предположила, что он на марше.
– Сао-шао, при всем уважении… - начал Фэнг.
– Не совсем. Это Чжоу, – прервала девушка.
Даже за шумом двигателя было слышно, как Фэнг тяжело засопел.
– Мне с вами разговаривать не о чем. У меня есть приказ…
– Ради бога, Фэнг, заткнитесь и послушайте. И не вздумайте отключаться. Все ваши приказы можно засунуть в задницу, начиная с этой ночи. И вы это отлично знаете. А сейчас вы оставляете позицию перед лицом врага.
– Сучка! Да ты совсем зарвалась, – прорычал танкист.
Так спокойно, продолжаем.
– И я, и сао-шао Вэйшенг сможем подтвердить это перед трибуналом. А рассчитывать на нашу гибель несколько самонадеянно, не находите?
«Ну как, самонадеянно», – подумала Елена, вспоминая сон. Некоторое здравое зерно тут есть, пожалуй. Но Фэнгу знать об этом не обязательно.
–Угрожаете?
– Всего лишь призываю выполнить ваш долг офицера Поднебесной и занять позицию в Дангхунге. Вместе с нами.
– Слишком много на себя берешь, Чжоу. Ты что, действительно думаешь, что сможешь запустить обвинение против другого офицера? Не верю.
– Я? И в мыслях не было. А вот позволь поинтересоваться, у тебя сколько оперативников Маскировки среди подчиненных?
Фэнг засопел.
– Черт тебя дери, Чжоу. Я разворачиваюсь. Передай старику, что я жду от него письменный приказ.
На этом связь прервалась.
– Не так уж плохо. Фэнг всегда заботился о чистоте своего послужного списка, – Вэйшенг закурил новую сигарету, – А вам, смотрю, лучше не переходить дорогу.
– Просто я очень хочу дожить до заката. Ладно, мне пора готовится к банкету. Я буду в роте, если что.
Старик кивнул:
– Да, у меня тоже полно дел. Доброй охоты, мей-мей.
Опушка леса у шоссе М38, полтора километра к северу от Дангхунга
Каприкорн III
Коммуна Капеллы
Капелланская Конфедерация
2 июля 3068, 6:43
Дымовая шашка звякнула об асфальт, и после хлопка выплюнула струю оранжевого дыма. Заключенный в боевую броню Норман Ли развернулся и зашагал обратно к своему взводу, укрытому глубже в лесу. Радиопередатчик слегка шипел, воспроизводя переговоры на командном канале роты.
– Это Красный охотник, маркер на месте. Отхожу на безопасную дистанцию, прием.
– Принято, Красный охотник. Куница, подтвердите положение маркера, прием.
– Ясно вижу дым на шоссе в ста метрах от поворота. В готовности, прием.
Далеко справа виднелась водонапорная вышка, едва различимая через густой подлесок. Сейчас на ней расположилась Куница, ротная группа корректировщиков. Если что-то пойдет не так, и федералы заглушат каналы передачи данных целеуказателей – санг-вей Чжоу настойчиво подчеркивала такую возможность на брифинге – то огонь по федералам будет корректироваться визуально. А еще эти парни будут единственными, кто сможет помочь моему взводу, когда станет жарко, мрачно подумал Норман.
– Принято, Куница. Начинайте. Стрелы с первой по четвертую, полная готовность. Везувий-главный, отбой.
– Стрела-1, я Куница. Огневая задача. Направление семь-два-ноль, дистанция шестнадцать сотен. Одна трубка, дымовой. Прием.
– Принято. Выстрел, вспышка через 15 секунд.
Одиночная РДД шлепнулась в грязь по другую сторону шоссе, пометив точку своего приземления клубом белесого дыма. Будь это полный залп, ракеты бы ушли в молоко. Большая удача, что у нас есть время на пристрелку.
– Правее два-ноль, дальше сто. Прием.
– Правее два-ноль, дальше сто. Выстрел.
На этот раз ракета упала посередине дороги, листва пошатнулась от ударной волны.
– На линии, ближе пятьдесят. Прием.
Санг-вей Чжоу вклинилась прежде, чем Харрисон успела отозваться:
– Отставить, Стрела-1. Хватит развлекаться, точность приемлемая. Отметьте базовой точкой сектора. Всем Стрелам, ставьте минное поле по указанным координатам. Выпускайте все «тандеры», прием.
– Принято. Всем дружественным подразделениям, полный залп установок через 10. Держите штаны и кепки.
Далеко на юг, по другую сторону Дангхунга, в небо взмыли огненные черточки стартующих РДД. Спустя десяток секунд до позиций бронепехотинцев донесся раскатистый гул, смешанный с низкочастотным воем – ужасающая симфония залпа РСЗО. Обычно последним аккордом был грохот разрывов, накрывших цель. В этот раз РДД раскрывались высоко над головой с неслышным хлопком пиропатронов, из каждой ракеты сыпались пластиковые диски размером с консервную банку – противотанковые мины. Диски густо усеяли шоссе и кюветы, но по мере удаления от дороги их число падало, на удалении пятидесяти метров едва ли можно было собрать сотню, а на ста – десяток. Стрелы перезарядились, перенесли прицел немного ближе и сделали второй залп оставшимися «тандерами», добавляя глубины минному заграждению.
За свою карьеру Ли устраивал и попадал в десятки засад, твердо усвоив главное правило для успеха – внезапность. Его бронепехотный взвод расположился в густых зарослях у переднего края минного поля, пятнистые серо-зеленые «Фа-Шихи» прекрасно сливались с листвой. Впереди стояла редкая цепочка из шести бронепехотинцев, несущих лазерные целеуказатели вместо основного вооружения. В двадцати шагах за ними располагался остальной десяток, вооруженный пулеметами и лазерами вперемежку. Бронепехотинцы застыли без движения, приглушив движки «Фа-Шихов» до минимума, чтобы не светится на сенсорах. Радиосвязь отключили. Каждый солдат ожидал появления противника в тишине и одиночестве, запертый в тесный кокпит собственной боевой брони.
Первым в колонне катил окрашенный в оливково-зеленый цвет «Аякс», новейший 90-тонный омни-танк федералов. Башенные люки открыты, командир высунулся по плечи и без интереса рассматривал придорожные заросли. Машина шла на полной скорости, траки шуршали по асфальту, стирая верхний слой в мелкую крошку. Позади борт к борту катила тройка «Мантойфелей», очевидно из того же лэнса. Ли напряг мускулы и слегка наклонился вперед, считая последние оставшиеся секунды до вступления в бой.
Под гусеницей «Аякса» разорвалась мина. Направленная вверх кумулятивная струя перебила трак, кусок ребристой стали с визгом отлетел в кусты. «Аякс» занесло вправо, мины стали одна за другой рваться под ним, посылая кумулятивные струи сквозь самое уязвимое место в бронированной шкуре танка – днище. Двигатель заглох, «Аякс» замер на месте. Мехвод идущего следом «Мантойфеля» среагировал вовремя и направил танк резко вправо в кювет. Это предотвратило столкновение, но не спасло от мин, ни его, ни оставшиеся два танка передового лэнса.
Не теряя ни секунды, двое наводчиков подсветили подбитые машины лазерами СУЦ, еще четверо занялись следующим лэнсом. Радиоканал заполнился сообщениями о захвате цели и подтверждениями от артиллерии. «Лонг Томы» с грохотом выпустили первый залп, РСЗО разряжали кассеты, а федералы все еще не могли понять, что происходит. Один из подбитых «Мантойфелей» передового лэнса развернул башню и прочесал зеленку из роторной пушки. Болванки рвали кроны деревьев значительно выше «Фа-Шихов».
Обрушившийся артиллерийский удар в один миг превратил шоссе в горящий ад. Четыре крупнокалиберных снаряда «Лонг Томов» упали на передовой лэнс, от их разрыва зашаталась земля. «Аякс» получил прямое попадание в борт, башня съехала на бок и завалилась вниз. Танк запылал. «Мантойфели» тряслись и скрипели. Крупные осколки срывали все внешнее оборудование, оставляя голый почерневший металл. Чуть дальше по дороге залп РДД накрыл следующий лэнс, с десяток ракет проломили крышу «Паттона» и разорвались внутри. Боеприпасы танка рванули, послав многотонную башню на десяток метров в воздух.
Норман прицелился и выстрелил из малого лазера в корму подбитого «Мантойфеля». Луч пробил броню и наверняка повредил несколько радиаторов, поскольку из пробоины потекла ядовито-зеленая жидкость – если повезло, то задет охладительный контур реактора. Люки распахнулись, наружу полезли танкисты в почерневших от дыма комбинезонах. Норман поднял левую руку и выстрелил длинной очередью из встроенного автомата. Он не был жесток, но щадить захватчиков не собирался.
Яростная перестрелка все разгоралась. Обогнув подбитый «Паттон», второй лэнс свернул вправо и попытался объехать горящие остовы своих предшественников, но тоже угодил на минное поле. Артиллерия стреляла с бешеным темпом, обрушивая залп за залпом на подходящие танки. Второй лэнс был полностью уничтожен сосредоточенным огнем через минуту после первого, пока «Фа-Шихи» расстреливали подбитые «Мантойфели». Деревья дрожали от ударных волн, кругом визжала шрапнель. Уже несколько раз крупные осколки врезались в бронекостюм Нормана, один, особенно неприятный, угодил в визор шлема. По стеклу пошли трещины.